А ты сам понимаешь, ей такая память поперек горла…
Сказать ли Надин, что Борис знал о ее связи с тем армейским офицером? Знал и молчал. И только когда по каким-то причинам в свете поползли слухи об этой связи, а самому Борису несколько раз приходили анонимные насмешливые письма, тот решил дело так, как его требовала совесть и честь семьи.
— Вы такие разные, — сказала Надин, снова касаясь ладонью рукава его сюртука. — Будто от разных родителей прижитые, будто и не родные вовсе. Борис — не плохой человек, но все же… Я ошибалась, думая, что лучше жить в достатке и без любви, чем с любовью в сердце и с пустым кошелем.
Я скажу твоей матери, что не ты…
— Не смей! — он поймал ее пальцы на своей руке и сжал их несильно. — Не смей, слышишь? Не испорть жизнь Таты тем самым! Мама думает, что Тата ее кровь, пусть полагает не от Бориса, но все же Оленина. Скажешь ей, что был другой, она отвергнет Тату, даже видя явное сходство, и кто ведает…, - он замолчал, не желая говорить плохо о матери, пусть и ни слова лжи не было в его словах.
— Ты должна молчать. Ради Таты, Надин. Ради Таты!
— И тебя не тревожит, что скажут твоей будущей жене о Тате? Обо мне? Ведь толки…
— Моя будущая жена должна верить мне, а не толкам, — отрезал Андрей. — И оставь прошлое прошлому. Мы живем настоящими днями, а не минувшими…
— Вот значит как, — растерянно проговорила Надин, глядя в его глаза. — Значит, Софи правду сказала? Ты отстоял право жениться на этой девице из Смоленщины перед матерью. Ведь мадам Оленина была против этой candidature de épouser.
Ты мог бы тем самым расположить к себе мать, коли выбрал бы выбранную ею персону.
— Ты уже пошла под венец с тем, с кем родители сказали. Много ли счастья? — отрезал холодно Андрей. — А с Анной Михайловной жить мне суждено, а не матери. И выбирать мне.
— Много ли за ней дают? Позволишь интерес проявить как родственнице? — едко спросила Надин, вырывая ладонь из его руки, кусая губы от недовольства. — И что останется от ее приданого после того, как французы пройдут по Смоленщине?
— Даже если и ни нитки и ни копейки не останется, мое слово у нее, Надин.
А своему слову я верен, — ответил Андрей твердо.
Да, то, что Андрей верен своему слову, своему долгу, привитому отцом с малолетства, своей чести Надин знала не понаслышке. Лишь раз на ее памяти он отступил от своих правил. Когда она встретила его в той самой березовой рощице после долгой разлуки, после его возвращения из Австрии.
