Я же продолжил:
— Так вот, это тело может быть причастно к одному уголовному делу. И сейчас оно очень нужно мне и мастеру Беловой.
Алиса кивнула, подтверждая мои слова.
— Но… — начал было один из жандармов, но Фома грозно насупился:
— Вон отсюда!"
"Повторять не пришлось. Жандармы наверняка были шаманами, и почуяли силу вожака. Поэтому они не стали спорить. Пробормотали «извините» и направились к выходу. Я проводил их взглядом до дверей, а затем обернулся к Фоме.
— Спасибо, мастер Питерский.
— Да какой я мастер, — смущенно пробормотал Фома.
— Бросьте, вашество.
— Привыкай, — ответил я и подошел к ящику. Взглянул на вытащенное из хранилища тело. И довольно кивнул:
— Он. Спасибо ребятам, что нашли его за нас.
Передо мной на каталке лежал тот самый монархист, которого я загнал в долги игрой в карты. Осунувшийся, бледный, худой, но нужный нам труп. И я уточнил у Беловой:
— Начнем с него. У вас же есть камера, чтобы записать процесс?
Девушка кивнула и достала из кармана небольшое устройство.
Открыла ее. Я же призвал тотемы и сплел заклятье.
От ладоней к телу потянулись черные нити. И боковым зрением я заметил, как оставшиеся в прозекторской жрецы мигом прекратили работу и уставились в мою сторону. Страха у них не было, только жгучий интерес, словно они наблюдали за представлением.
Через секунду мертвец тяжело вздохнул и распахнул веки. Сел на каталке и уставился на меня затянутыми мутной поволокой глазами:
— Зачем разбудил, некромант? — клацая зубами, равнодушно спросил он.
За спиной послышались удивленные шепотки жрецов, которые с интересом обсуждали такой способ работы с мертвыми. Я же попросил Питерского:
— Фома Ведович, не могли бы вы распорядиться, чтобы жрецы покинули помещение? Я дал им необходимое зрелище, а полученная на допросе информация может иметь секретность.
Фома кивнул и направился к синодникам:
— Покиньте помещение, не на что тут глазеть, — начал он, и жрецы нехотя потянулись к выходу. Я же дал знак Беловой, чтобы она начала снимать, и принялся за допрос:
— Как звать тебя?
— Пётр Витальевич Андросов, — спокойно ответил мертвец.
— К какой банде принадлежишь?
— Принадлежат животные, — огрызнулся зомби. — А я состоял. Банда «Черной Сотни».
Я усмехнулся от такого уточнения. Воистину, повадки каторжанина не вытравить даже из мертвеца.
— По праву крови?
— По праву крови и по идейным соображениям, — ответил Андросов.
— Знаком ли тебе Анатолий Викторович Свиридов? — уточнил я.
