В это время во дворе яблоку негде упасть, и если я правильно прикинул один выезд заблокирован, потому что сосед решил, что он Бог, и ему можно там вставать и образовывать тупик, поэтому покинуть двор рыжей удастся только с одной стороны, и я шагнул туда. Они кружанули, убедились что один выезд заблокирован, и как и ожидалось двинулись ко второму. У которого на асфальте посреди дороги уже стоял я.
Свет фар медленно полз ко мне, машина приближалась, а мои нервы уже натянулись как струны и полопались к чертям, сейчас я был не просто на грани.
Я был за ней.
Все та же сигарета в зубах, только незажженная потому что настолько ослепило злостью, что руки не позволять сейчас такую ювелирную работу сделать и подкурить. Свет фар коснулся асфальта в метре от меня, секунда и Коля тормознул у самых моих ног.
Взгляд рыжей сейчас я бы не смог описать словами, настолько был взбешен, поэтому повернулся и шагнул в сторону водителя, чтобы хоть кому-то начистить рожу, но Дашка словно разгадав мои мысли рванула дверь и в секунду оказалась рядом.
Как успела на каблуках оббежать капот так быстро?
— Марк!
Дернул дверь, водитель растерянно вышел, косясь на подругу, а я сжал кулаки, но Дашка встала спиной к Коле, почти вплотную ко мне и опустила свои ледяные ручки на мои кисти.
— Почему ты такая сволочь?
Неверный ответ, отойди Даша.
Как куклу поднял и оставил в сторону, а она вместо того, чтобы покорно стоять, схватила меня за рукав и не позволила и слова сказать, хотя водила уже заждался.
— Иди домой, а меня в покое оставь!
— Даша, — предостерегающе рявкнул, но в этот момент отмер водила и сделал ко мне шаг, а потом грубо толкнул явно рыцарем себя ощутив.
— Слышал че она сказала? Отвали! — то же мне, герой! Размахнулся и впечатал кулак в лицо хахаля, тот за нос схватился и пошатнулся, а Дашка к нему кинулась, но я дернул ее за руку и поволок к подъезду, выплюнув к чертям бесполезную сигарету.
— Марк, ты урод! — толкается, истерит, бьет свободной рукой. Достала! Взвалил на плечо как мешок, она попыталась соскочить, но я встряхнул разок хорошенько, Дашка от страха вцепилась в края моей куртки.
— А ты непослушная стерва, — ответил ровно в разрез с бьющей внутри яростью и вошел в подъезд осознавая, что этот ее хахаль куда-то исчез, видимо решил не догонять нас. Слабак.
— Я тебя ненавижу! — ударила кулачком по спине, потом еще и еще, я снова ее встряхнул, пошел в лифт, Дашка взвизгнула, когда едва не выпала, притихла. Створки сошлись.
