Рыжая напряглась, но я чувствовал, что поступаю правильно, потому что именно этого и хотел. Прижаться к ней, вдохнуть аромат земляники и провести так остаток жизни.
— Ты слышал, что сказал Пашка? — строго спросила и я почувствовал себя учеником не выучившим ДЗ.
— Мне все равно, что он сказал, — выдохнул ей в волосы и руки со столешницы переместились на талию. На Дашке был черный свитер, и я запустил под него пальцы, касаясь ее голого живота. Сорванный вдох подсказал, что этот жест нравится не только мне.
— То есть если он снова тебя изобьет, ты и глазом не моргнешь? — ехидно спросила, но я скользнул руками выше талии, наглея уже конкретно.
— Я уже отхватил порцию наказания, больше мне скрывать нечего, и Пашка рискует получить сдачи, — руки скользнули по нежной коже и опустились на ребра под кромку лифчика, где шкалил Дашкин пульс. Снежная королева оказывается не такая неприступная…
— Может быть тогда мне стоит закричать? — дернула мои руки вниз и развернулась, мятежно глядя в глаза, а потом смягчилась и подытожила.
— Выглядишь ужасно, идем обработаю.
Я подчинился, но не потому, что боялся, что она сдаст меня брату, а потому что не хотелось давить на нее. Надо оставить ей немного личного пространства, чтобы не стремилась сбежать.
Занял привычное место на диване, и Даша устроилась надо мной, но садиться на колени не спешила. Смочила ватный диск в какой-то байде и начала протирать мои синяки.
— Заживает как на собаке, но это не значит, что ты можешь прекратить лечение, — спокойно проговорила, полностью поглощенная процессом, а я улыбнулся, изучая в это время ее сосредоточенное лицо и складочку между бровей.
— Надо мазать десять дней и как пишут в рецепте, опухоль за это время пройдет, а синяки побледнеют."
"— Уверен, если я сам буду наносить себе эту мазь, такого эффекта не будет, — ответил в тон ее тихому голосу и прикрыл глаза, когда она обрабатывала веки. Её легкие аккуратные поглаживания срывали крышу сильнее чем опытные поцелуи любой путаны.
Даша одним лишь прикосновением к моему лицу делает так, что у меня встает. А что будет, когда я наконец сорву с нее все это шмотье?
— Мне фиолетово на твои подкаты, Марк. У меня парень есть.
Мои глаза распахнулись так резко, что Дашка отпрянула.
— Кто? — сощурился, повернул голову на пару сантиметров, чтобы поймать испуганный, но удовлетворенный взгляд бестии и перехватил тонкое запястье машинально, чтобы не дать подняться.
