Но скажите, зачем четыре телеграммы, если достаточно и одной. Или вы уже так разбогатели, что у вас некуда девать деньги? Я вам так скажу, если вы не станете считать деньги, вылетите в трубу.
– Кто это – «вы»?
– А это уж понимайте, как хотите, – уклонился от прямого ответа Маргулис. – Я тоже когда-то, в молодости, немножко побыл Ротшильдом. Маленьким Ротшильдом. Очень недолго. Деньги имеют обыкновение быстро исчезать. Потом я стал портным. И понял, что их надо уметь не только зарабатывать, но и с умом тратить.
Кстати, я не из Одессы. Я из Жмеринки. Поверьте мне, там тоже есть порядочные люди.
– И все же уточните: когда мы отправимся?
– Даже раньше, чем вы думаете! Как только забункеруется паровоз, так сразу же. Зачем мне врать? Идите к себе и не нервничайте. Нервничать за вас буду я.
Кольцов вернулся к теплушке. Еще не успел подняться по лесенке наверх, как увидел… увидел того бандитского коновода, мальчишку, который мечтал добраться до Крыма, где круглый год лето.
– Здравствуйте! – радостно поздоровался парнишка.
– Вас сразу же отцепили и куда-то угнали. Насилу нашел.
– А мне сказали, что ты убежал, – удивленно сказал Кольцов.
– Никуда я не убегал. Там на платформе сено было, я зарылся в него и заснул.
– Замерз?
– Не, в сене тепло. И пахнет, – отмахнулся мальчишка. – Я что хотел у вас спросить.
– Спрашивай.
– Может, возьмете меня до себя, в красну армию? – он поднял на Кольцова глаза, полные надежды. – Я и на конях могу, и что другое, если надо будет. От Кныша я все равно бы убежал.
Сперва я всех их боялся. А потом…
– Потом понравилось. Теплая одёжка, хлеб, сало. Так? Нет?
– Не в этом дело.
– А в чем же?
– Не знаю. Не понравились они мне – и все.
Кольцову мальчишка пришелся по душе. Вел себя с достоинством. Не врал, не выкручивался, не пытался понравиться. Говорил, что думал. Но взять его к себе он не мог. Впереди у них была неизвестность и, не исключено, жестокие бои. Но и не протянуть ему руку помощи он не мог. Отказаться от него, оставить его здесь – и он самостоятельно отправится на поиски загадочной земли Крым, «где всегда лето», и вполне может сгинуть в этой военной кутерьме.
Встретились бы они в Харькове, разговор был бы совсем иным. В тот же день он оказался бы в Основе, под крылом заботливого Павла Заболотного. Но что он может сделать сейчас?
– Знаешь, парень, взять тебя с собой я не могу, – сказал Кольцов и заметил, как поникли плечи мальчишки. – Ты только погоди расстраиваться. Я думаю.
