Но он действовал выше всяких похвал. Каждая его реплика была, как выстрел в десятку.
– Звание! Фамилия! – совсем громко и сердито повторил Кольцов и затем, уже как бы теряя терпение, закричал: – Или черт с вами! Мне моя жизнь дороже!
– По… подпоручик Алехин, ваше бла… – дрожащим голосом представился врангелевец.
– Бегите вон за ротмистром! – оборвав его на полуслове, приказал Кольцов, указывая на Бушкина. – Я прикрою!
Поручик побежал за Бушкиным. Увидев лежащего на полу в «луже крови» охранника, он испуганно шарахнулся в сторону.
Боком промчался мимо, придерживаясь поближе к стене.
– Что? Крови боитесь, вашу мать? Защитнички отечества! – зло прокричал ему Бушкин (текст из какой-то революционной пьесы) и пальнул перед собой из револьвера. Побежали вниз по лестнице.
Дальше случилось невероятное. Лежащий возле лестницы и уткнувшийся в пол охранник Василий, решив, что «спектакль» уже закончился, стал приподниматься и отряхиваться едва ли не перед бегущим на него подпоручиком. Бушкин первым заметил эти не предусмотренные сценарием действия и, обогнав Алехина, еще издали дважды в него выстрелил.
Охранник понял, что совершил ошибку, и вновь рухнул на пол, угодив лицом прямо в винную лужу. Будучи никудышним актером, он изобразил умирание, несколько раз неестественно подрыгав ногами.
– Ты убит, придурок! – на бегу переступая через него, зло прошипел Гольдман.
Будь подпоручик Алехин не настолько напуганным, он бы уже здесь понял, что происходит что-то неправдоподобное.
Но он тоже перескочил через дрыгающего ногами Василия и снова обогнал Бушкина. Добежал до какого-то тупика. Серую дверь в серых сумерках не сразу заметил.
– Куда? – закричал подпоручик.
Бушкин не ответил. Он с ходу ударил по двери, ведущей во двор, и едва не упал, налетев на двух «мертвых» охранников, лежащих на ступенях входа в тюремное здание. Тяжелые металлические ворота были распахнуты.
Кольцов замыкал это отступление. Когда Бушкин и Алехин уже выбегали через раскрытые ворота, Кольцов догнал их.
Обернувшись, он еще дважды выстрелил в сторону тюрьмы и приказал устало бегущему Алехину:
– Прибавьте шаг, подпоручик, если жить хотите!
Подпоручик тяжело дышал, жадно глотая морозный воздух. У него кружилась голова, он с трудом отрывал от земли налитые свинцом ноги, но продолжал бежать. Страх помогал ему.
– Пожалуйста, чуть быстрее! Спасение близко! – вновь подбодрил его Кольцов. Он старался теперь бежать рядом с Алехиным.
