Он грубо бьет по моим ногам носком обуви, чтобы раздвинуть мне бедра. У меня едва хватает сил устоять. Кажется, я сейчас потеряю сознание.
– Я спросил, Кэш успел тебя трахнуть?
Я оставляю его без ответа и закрываю глаза, слыша звон пряжки ремня и звук молнии. Спустя секунду цветные пятна полностью заполняют мой кругозор. Я сильно зажмуриваюсь от боли, которая вспыхивает между бедер. Джек входит в меня одним резким толчком, и я вскрикиваю. Я чувствую его, как нож, вращающийся в кровоточащей ране.
– А ты не такая невинная, как я думал, – говорит этот монстр и дергает меня за волосы, потянув на себя.
– Шлюх трахают, как шлюх.
Он снова толкается в меня и зажимает мой рот рукой. Он начинает быстро вдалбливаться в меня, и я кричу сквозь его ладонь в агонии. Я теряюсь в тени собственной боли. Я не выдержу этого. Боль настолько сильна, что я могу потерять сознание в любой момент.
Но монстр слишком разъярен, чтобы отпускать меня. Он жестоко разрывает меня, и мое тело пульсирует от боли и ненависти. Он хочет сломать меня окончательно, но я не даю ему этого сделать.
Я пытаюсь убедить себя, что это сон. Это все происходит не по-настоящему.
Завтра я проснусь. Завтра я проснусь. Завтра я проснусь, и со мной будет Кэш.
Это его губы будут целовать меня. Это его руки будут обнимать меня. Это его голос будет шептать слова любви и признания.
Ты всегда моя, принцесса.
Ты самое прекрасное, что случилось в моей жизни.
Ты само совершенство.
Я прокручиваю в голове его голос. Его синие глаза. Его губы и прикосновения.
"
"Пожалуйста, не оставляй меня наедине с ним… Мой Кэш…
– Так ты любишь представлять, что тебя трахает другой? – сквозь тьму боли и ненависти я слышу голос монстра за спиной. – Это ненадолго. У меня достаточно времени, чтобы единственное имя, которое ты будешь произносить, будет моим именем.
Он замедляется и выходит из меня. Я не могу устоять на ногах и падаю. Твердый холодный мрамор врезается в мои колени, но теперь я понимаю, что эта больничтожная. И именно в этот момент моя кровь стынет в жилах.
Джек опять меня тащит по коридору. От слез все перед глазами расплывается, я вижу только смазанные очертания темной комнаты.
Я снова падаю, и тот человек, за которого меня хочет выдать отец, полностью выходит из себя. Он наваливается на меня и наносит удар за ударом. В какой-то момент он останавливается, и мне кажется, все, что я могу испытать – это боль. Она настолько сильная, что я, то проваливаюсь в бессознание, то снова прихожу в себя.
