Книга Миг бесконечности. Том 2 — читать онлайн бесплатно полностью

«Подружка-подушка» Генка старался не только утешить, но и с помощью друзей напрочь отключить от всех переживаний. Друзья оказались еще те: объездившие весь мир интеллектуалы, к тому же большие шутники и балагуры. Было все — и долгие гуляния по городу с историческими экскурсами, и музеи, и увеселительные заведения, и научные споры, и песни под гитару, и ночные посиделки на кухне довольно скромной двухкомнатной квартиры, которую организовали для приезжих москвичи. Как в старые добрые времена…

Кстати, Генрих уступил Кате свою комнату, перебрался к Жастину и спал на полу, на надувном матрасе.

При этом, чтобы избавить ее от чувства неловкости, в шутку уверял: да в сравнении с тонким ковриком в горах этот матрас сродни пуховой перине!

Правда, было еще одно существенное неудобство. Из-за Жастина и его друга голландца, прилетевшего чуть позже, и компании много общались на английском. Все, кроме Кати. Понимать-то с горем пополам она понимала, а вот говорить побаивалась: вдруг что-нибудь не так ляпнет? В английском она никогда не была сильна: то ли с учителями не везло, то ли способностей не хватало, то ли усердия.

Раза три записывалась на курсы, да все никак не выходило с посещением. Так и бросала, не проучившись и семестра, а теперь вот об этом сожалела.

Однако вскоре приспособилась: Генка стал ей нашептывать на ухо синхронный перевод или же она тихонько уточняла у него то или иное слово.

А затем и вовсе перестала переспрашивать: с каждым часом незнакомая речь становилась все понятней. Вот тогда и решила твердо: по возвращении домой сразу пойдет на курсы английского и поставит это дело во главу угла. Хватит выслушивать насмешки, что «читает со словарем». От того же Ладышева, к примеру.

Стоило только Кате вспомнить о Вадиме, как настроение моментально менялось. Ну почему он с ней так поступил и как же глубоко успел проникнуть ей в душу… Грусть от связанных с ним воспоминаний могла нахлынуть когда угодно, в любую минуту: и утром, когда просыпалась одна, и вечером в компании, когда вместе со всеми веселилась.

Особенно донимала перед сном. Незаметно протискивалась, тихонько касалась одной ей известных струн, издававших настолько печальные звуки, что на глаза тут же наворачивались слезы, а настроение минувшего дня моментально меркло и сдавало без боя все завоеванные позиции.