Она никогда не умела проигрывать. Фамилия осталась прежней. Значит, замуж так и не вышла. Кто выплатил долги ее отца? Алан? Если бы он мог это сделать, не отдал бы ее…
– Сто. Монна Озис.
«И я буду ему верной женой. После свадьбы».
«Но пока – ты моя».
Шорох. Тихий стон. Ланс думал, ее холодность – лишь естественная для девушки стыдливость. А она просто любила другого.
Карина досадливо свернула веер.
– Ваша взяла.
Короткий поклон. Несколько шагов через притихший зал.
– Монна Озис, окажите мне честь.
Он бы хотел, чтобы его ладонь сейчас лежала на тонкой талии Грейс.
Держать в руке девичью ручку, затянутую в перчатку. Хотя надо отдать партнерше должное – танцевала она великолепно. Что Ланс не преминул ей сообщить.
– Вы мне льстите, мэтр.
– Отнюдь. – Он улыбнулся. – Родись я лет на двадцать раньше, посоперничал бы с мэтром Озисом.
Лет на тридцать, не меньше. Но монна Озис рассмеялась, хлопнув его по плечу свернутым веером, который держала в левой руке.
– Льстец.
Еще одна улыбка, означающая, что оба понимают правила игры.
Наверное, он мог бы поступить по-другому тогда. Отложить свадьбу под благовидным предлогом, а потом, когда пройдет достаточно времени, объявить, что они расстаются «по обоюдному согласию». Не бить морду Алану. Наверное, мог бы… сейчас. Тогда по-другому Ланс не смог, и скандал вышел грандиозный. Даже вон до Свиного Копытца докатился.
– Кто эта дама, монна Райт? – полюбопытствовала монна Озис через несколько тактов.
– Мы учились на одном курсе. Одна из самых одаренных, подающих надежды целительниц.
Карине предлагали остаться на кафедре хирургии, но она отказалась.
Сказала, что женщине трудно сделать научную карьеру в окружении мужчин. Нужно быть на голову выше, чтобы ее воспринимали хотя бы равной. Привела ли Карина истинную причину заставившую ее отказаться от места на кафедре? Можно ли было верить хоть одному ее слову? Впрочем, надо отдать ей должное – она никогда не говорила о любви. Но Ланс оказался рад обмануться, приписывая это все той же девичьей скромности.
– А потом я уехал из столицы и потерял ее из виду.
– Что ж, я спрошу у мэра. В конце концов, это его гостья.
– Конечно.
– А разве вам самому не любопытно, как она жила эти годы и почему появилась здесь? – лукаво прищурилась благотворительница.
– Нисколько. – Ланс не покривил душой. За все это время он ни разу не поинтересовался, как поживает Карина и как устроился Алан. Просто ничего не хотел знать о них. Да и вообще ничего не хотел знать о столице.
