Он лично позаботился, чтобы именем Птюнникова назвали сустав Двенадцатой лапы сороконожки, который наглые ученые – те три с половиной человека, которые этим занимались, – все равно упорно продолжали путать с остальными тридцатью девятью суставами упомянутой козявки.
– Ну, поболтали, и хватит... А теперь вернемся к теме вчерашнего урока! – улыбаясь, сказал Арей.
– Повторенье – враг варенья, – заметил Мефодий.
Арей перестал улыбаться. В комнате стало холодно.
– Разве об этом мы говорили на прошлом уроке? – отрезал Арей.
Во время занятий чувство юмора у него надежно отключалось. Это было неоднократно проверено.
– Ну... мы говорили об отличиях магов и стражей. Маг – это определенный, строго соблюдаемый ритуал плюс врожденная способность плюс усиливающий артефакт. Кольцо, браслет, сапоги с алмазными шпорами и так далее... Список довольно длинный. Страж – это вдохновение в чистом виде, талант и упорство. Все остальное – бесконечная импровизация. Граница возможностей стража – лишь его страх.
Это главное, что надо усвоить, – устало произнес Мефодий.
– Ты был прав, а я тебя сбил. Тренировка – это и есть упорство или одна из его составляющих. Нет смысла выделять ее отдельной строкой. Мало знать. Нужно быть уверенным. Упрямый баран прошибет лбом больше ворот, чем умный, но неуверенный. В конце концов, что у того, что у другого иного оружия попросту нет, – заметил мечник.
От монотонного голоса учителя Мефодию хотелось спать. Покачиваясь на скрипучем стуле, он обнимал колени и слушал.
Чаще они занимались один на один. Пару раз в неделю к ним присоединялась Дафна. С Мошкиным, Чимодановым и Натой Арей занимался тоже, но редко. Обычно он поручал их Улите.
– Тренировка же должна быть не однообразная, не тупое повторение единственной коронки, а ровное, постоянное, уверенное напряжение мысли. Сгущение образа. Для того чтобы нечто произошло, нужно представить, что это уже совершилось. В мельчайших деталях и подробностях. А теперь начнем с азов.
Сотвори что-нибудь! – потребовал вдруг Арей.
– Что?
– Что хочешь. В конце концов, это твоя фантазия.
– Тогда... пусть это будет... а если... – заметался Меф.
– Раскачивайся скорее!
– Ну... яблоко... А? Хорошо? – выдал Мефодий.
Арей поднял брови и быстро взглянул на портрет Лигула, утыканный дротиками для дартса. Горбун изо всех сил делал вид, что не подслушивает.
Они занимались уже часа три и все никак не могли сдвинуться с мертвой точки.
