— Я вам не девочка на побегушках! И вообще, честное слово, нельзя же так напиваться! — холодно произнесла в ответ Кира и собралась идти дальше.
Очарование Брюнета слегка померкло. Станет она бегать по поручениям всяких алконавтов. Не дождется! Она вовсе не обязана выполнять его просьбы. Но, кажется, сам Брюнет вовсе не считал, что обременяет своей навязчивостью Киру.
— Девушка! — повторил он. — Ларису! Срочно! Она должна быть уже там… дома.
На этом его силы иссякли. Голова Брюнета упала на грудь. И он, как показалось Кире, заснул.
— Вот ведь гад какой! — разозлилась Кира. — Так я и знала, что от этих мужиков сегодня никакой радости не дождешься. Эй! Ты что, в самом деле спишь? Нельзя же так безобразно напиваться от одной бутылки шампанского.
Брюнет не отреагировал. Несколько секунд Кира еще колебалась. Оттащить, что ли, его к себе? Проспится, глядишь, человеком станет. Но с другой стороны, зачем подбирать то, что другим не гоже? Ведь ясно же, что он тут сидит не просто так. Наверняка эта Лариса его выгнала, несмотря на гостинцы и цветы.
И почему выгнала? Наверное, мужик совсем никудышный.
— Странно, — все еще колеблясь, произнесла Кира. — А на вид вполне приличный. Вот ведь сволочи, как ловко маскируются!
Она еще раз потрепала Брюнета за плечо, но он не пожелал отреагировать. Критически оценив его массу, Кира решила, что самой ей его ни за что с места не сдвинуть. Но и оставить беднягу замерзать тут одного на лавочке Кира не могла решиться. Несмотря на то что все мужики сво….
природное человеколюбие сыграло с Кирой в очередной раз злую шутку.
И, развернувшись, девушка, вместо того чтобы идти своей дорогой, со всего размаху впуталась в весьма странную историю."
"Единственной Ларисой, которую она знала, была довольно страхолюдная девица лет двадцати пяти, переехавшая в их дом не так давно и жившая этажом ниже Киры. Волосы, по наблюдениям Киры, она не расчесывала никогда. И они вечно свисали у нее на лицо неровными спутанными прядями неопределенного грязно-соломенного цвета.
Краситься она тоже не красилась. И, несмотря на стройную и даже худощавую фигуру, носила какие-то бесформенные хламиды либо чудовищно растянутые свитера, которые однозначно были велики ей на несколько размеров.
Судя по пятнам краски, иногда украшавшим ее руки, никогда не знавшие маникюра, Лариса занималась живописью. Итак, Лариса у них в подъезде имелась. Но почему-то Кира очень сомневалась, что Брюнет шел именно к этой особе.
