И улучив момент, Кира отвела Никиту в сторону и спросила:
— Послушай, теперь уже доказано, кто именно убил Ваго. Но объясни нам, ведь правда, что Акоп и сам собирался убить сына? Он ведь за этим и приехал в город? Просто он опоздал, так ведь?
— Откуда ты знаешь об этом? — искренне удивился Никита."
"— Не важно, — ответила Кира. — Знаю — и все. И еще я знаю, что вы с Ваго проворачивали какие-то делишки за спиной Акопа. Отсюда и гнев Акопа на сына.
Никита густо покраснел.
— Было дело, — произнес он.
— Бес попутал.
— И как же получилось, что ты сухим из воды вышел? — спросила у него Кира.
— Ваго сам взял всю вину на себя, — помолчав, отозвался Никита. — Ведь обманывали мы именно его родню. Он для них был свой. Из фирмы бы они его не выгнали. И убить не убили бы. Это Акоп по своей обычной привычке орал. Сына он любил. Хотя отцовских кулаков Ваго отведать все же, пожалуй, пришлось бы. А вот я, выплыви вся правда наружу, точно вылетел бы из фирмы и другой работы уже никогда не нашел бы.
Поэтому Ваго меня и прикрыл. Что ни говори, а он был настоящий друг.
После суда подруги вместе с Сафаилом и Артуром отправились домой к Кире, чтобы отметить благополучное выздоровление Сафаила.
— Может быть, твоему коту тоже нальем ради такого случая? — предложил Сафаил, уже знавший от Киры, что вылечить кота невозможно, и смирившийся с этим обстоятельством.
— Как хочешь, — без особого энтузиазма отозвалась Кира. — Впрочем, я думаю, что от нескольких капель ему плохо не будет.
Но Фантик, к изумлению подруг, даже нюхать налитый ему коньяк отказался. Негодующе фыркнув, он отвернулся и ушел.
— Что это с ним? — удивился Сафаил. — Не хочет?
— Неужели сам вылечился?! — не до конца поверив, все же обрадовалась Кира.
— Думаю, что дело не в этом, — произнесла Леся. — Просто бутылка не та.
— Как? — удивилась Кира. — При чем тут бутылка?
— В прошлый раз, когда Фантик так нализался, мы пили другой коньяк, — сказала Леся. — «Наполеон», помните?
— Ну да, — согласилась с ней Кира, припомнив пузатую темно-зеленую бутылку мутного стекла.
— А сегодня мы купили другой коньяк, — сказала Леся. — Видимо, в том «Наполеоне» были какие-то добавки, которые и сводили бедного кота с ума. Что-то вроде валерьянки, от запаха которой все коты и кошки дуреют. А в сегодняшнем коньяке такого запаха нет. Вот Фантик и проявил равнодушие.
Так оно и оказалось. Никогда больше в своей жизни Фантик к спиртному не прикасался.
