Так как в руках Жоржика появился пистолет, и он весьма недвусмысленно направил его на подруг, которые, верно сориентировавшись в складывающейся ситуации, в этот момент с похвальным благоразумием на всех парусах двигались в сторону входной двери.
— Стоять! — велел он им.
Последовавший за этим приказом выстрел оказался достаточно убедительным. И девушки послушно замерли на месте всего в паре метров от спасительной двери.
— Шутки кончились, — поставил их перед свершившимся фактом Жоржик. — Теперь вы мои заложницы!
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ
Следующие три часа, которые провели подруги в обществе Жоржика, можно было смело назвать самыми странными и смутными в их жизни.
Жоржик их не обижал, но при этом он явно нервничал. А сидеть в обществе вооруженного психа, который был к тому же в данный момент весьма далек от спокойного состояния, мало кому приглянется как способ немного развлечься. Разве что законченному извращенцу-мазохисту.
Размахивая оружием и угрожая убить всех, а потом и себя самого, Жоржик постоянно выдвигал перед властями какие-то несуразные требования вроде подачи персонального вертолета на крышу дома, миллиона баксов в кейсе и официального признания властей в том, что они имели непосредственное и прямое отношение к устранению некоего Ленчика по кличке Жесть.
Почему судьба этого Ленчика так волновала Жоржика, подруги так из его угроз и не поняли. Не поняли они и того, какого рожна самому Жоржику, находящемуся в критическом положении, потребовались извинения от старшего оперуполномоченного третьего отдела в связи с делом некоего Виктора Флячкина.
На самом деле Жоржик выкрикивал в окна много разной фигни, но три из его требований оставались неизменными. Он хотел транспорт до аэропорта, там самолет до джунглей центральной Бирмы, где его — Жоржика — требовалось сбросить с парашютом прямо в джунглях, где его должны были ждать друзья."
"— Как мы раньше не поняли, что он совсем чокнутый? — прошептала Леся, когда впервые услышала из уст Жоржика упоминание про друзей в джунглях Бирмы.
— И ведь должны же мы с тобой были насторожиться, когда он приперся к тебе домой утром с букетом и при этом упорно уверял нас, что влетел в окно. Карлсон недоделанный!
— Какое там окно! — злобно косясь на Жоржика, прошипела в ответ Кира. — В дверь он вошел, ясное дело. Чего там ему с моими замками справиться! Плевое дело. Если бы вдруг сам не справился, дружков своих криминальных позвал. Вот ведь положение! Знать бы хоть, за что Жоржика брать собираются.
