Отставной полицейский чиновник сразу начал стращать маза полицией. Мол, отдай мне билет или я натравлю на тебя легавых. А вернешь – промолчу.
– Вероятно, что так и было.
– А теперь второй вопрос: мог ли маз, не желая делиться добычей, убить Азар-Храпова?
Тут Дубровин задумался надолго. Наконец он произнес:
– Убить полицейского – нет, не мог. Фартовые понимают, что тогда они не доживут до тюрьмы, их забьют до смерти при аресте. Но Храпов уже не был на службе, а сделался частным лицом. И, если Ванька Сухой знал цену этой бумаге, которую стянул у старой стервы, то, пожалуй, да.
Если спор зашел о сумме в пятьдесят тысяч рублей, он мог пойти на складку[72] соперника.
– Иван Дмитриевич, помните, вы сказали, что уважали Николая Никитича Азар-Храпова. И хотите точно знать, мертвый он или прячется с выигрышным билетом.
– Помню.
– И если бывшего помощника пристава убили фартовые, то вы захотите их наказать.
Коллежский асессор дернул головой:
– Строго говоря, этих слов я не произносил. Но суть вы изложили верно.
Да, захочу.
Глава 15
О саратовских сыщиках и Глебучевом овраге"
"Лыков уселся поудобнее и попросил Дубровина:
– Чтобы мы лучше взаимодействовали, расскажите, пожалуйста, о вашем отделении, о полиции в целом и о криминальной обстановке в городе. Давно вы начальником? Если можно, то от Адама и Евы.
Коллежский асессор потребовал чаю, вздохнул и принялся излагать «от Адама и Евы».
Сыскное отделение Саратовской городской полиции было учреждено, как и большинство других в Российской империи, в 1908 году.
Тогда по закону 6 июля «Об организации сыскной части» было открыто их великое множество – во всех губернских и некоторых крупных городах.
Саратовское отделение сразу возглавил Иван Дмитриевич. Штаты второго разряда позволяли более-менее наладить дело. Кроме самого Дубровина служили его помощник, чиновник справочно-регистрационного бюро, фотограф, письмоводитель и секретарь. Так сказать, ударную силу составляли семь надзирателей: трое первого разряда и четверо – второго.
Еще пять вольнонаемных агентов занимались наружным наблюдением.
Отделение сразу включилось в борьбу с преступностью, разнеживаться не пришлось. Город по населению как четыре Рязани: случались и убийства, и разбои. Фартовые даже объединились в «Галчиный клуб», который неформально возглавлял известный вор Ширмаков по кличке Ванька Полкан. Участники клуба делились на действительных членов и соревнователей, то есть кандидатов.
