Люди как ни в чем не бывало прогуливались по бульвару, укрывшись зонтиками. Но день этот был не такой, как другие. Все эти люди скоро должны умереть, а их семьи – кануть в небытие.
В том числе и его собственная.
Асад похлопал себя по пальто, чтобы убедиться, что пистолет в нужном месте.
Потом, на несколько минут раньше срока, завибрировали часы на руке и мобильник в заднем кармане. Асад сделал глубокий вдох, чтобы сконцентрироваться.
Господи, звонил всего лишь Карл. Асад откинул голову назад и сглотнул.
– Мы задержались немного из-за одного идиота и еще из-за тумана, поэтому я только сейчас покинул самолет.
Где ты? Я вижу по мобильнику, что ты находишься рядом со станцией городской железной дороги. Название Халензее, верно?
– Да. Стою и жду дальнейших инструкций. Ты едешь сюда?
– Да, мне надо выйти из терминала. Ты можешь подождать меня там, где стоишь?
– Я попробую.
Главное – быть уверенным в себе, и, как ни сюрреалистично это звучало в данной ситуации, Асаду стало легче дышать после звонка Карла.
Прошло всего лишь несколько секунд, и мобильник снова зазвонил.
– Это опять Вебер, Асад. Пришло новое сообщение. Отправляйся немедленно, у тебя только пять минут на то, чтобы успеть, иначе твоя жена будет убита. Иди налево по Шварцбахерштрассе рядом с «Баухаусом». Справа, недалеко оттуда, увидишь сквер. Там будет тот голубь, которого мы так долго искали. Смотри очень внимательно, и ты все поймешь. Больше ничего не написано. Береги себя, Асад, и не волнуйся. Нас не видно, но мы рядом. Не отключай мобильник, пока не будешь на месте.
Беги бегом.
Запыхавшись, он добежал до сквера меньше чем за три минуты. Сквер возник из-за восьмиэтажного корпуса. Он был очень неприметный, просто крошечный, зажатый между двумя улицами с большим движением.
Асад сразу все понял. На треугольной, по-зимнему печальной полоске травы стояла металлическая скульптура на бетонном постаменте, немного напоминавшая птицу. Высотой в три метра, без головы, с крыльями, распростертыми в разные стороны. Поза символизировала, что крылья ее подрезаны, но она может взлететь, когда потребуется.
А под длинной опорой, которая должна была изображать вытянутые ноги, была небольшая подпись.
MELLI-BEESE-ANLAGE, ERSTE DEUTSCHE FLIEGERIN[55]
1886–1925
Асад приложил мобильник к уху.
– Ты еще здесь, Вебер?
– Да, и мы только что идентифицировали твой объект. Это памятник знаменитой немецкой женщине-авиатору. Скульптура называется «Die Taube» («Голубь»), и у меня есть фото из интернета.
