Рядом с этим местом был пустырь, поэтому можно было не опасаться, что огонь перекинется на другие объекты. Черный седан, как и внезапно поджарившийся стрелок больше не представляли для меня никакого интереса. А вот толпа зевак, выбежавшая из Мармеладки, могла прибавить еще несколько очков к моему авторитету. Хотя, учитывая то, что я был весь перемазан грязью, это было спорное утверждение.
В этот момент из фургона вылез Ярцев. Похоже, что к этому времени он провел профилактические мероприятия с киллером, чтобы тот уж точно не смог освободиться.
— Вызывайте патруль, Виктор Петрович, — громко сказал я, чтобы было слышно людям, толпящимся у входа в бар. — Водитель вон той машины пытался меня убить. — И я указал на пылающий седан. — Пуля попала в стену. Вот сюда. — Я провел пальцами по выщербленному кирпичу.
После этого, немного пошарив взглядом у себя под ногами, я воскликнул:
— Ага, а вот и она! — Носок моего ботинка постучал рядом со сплющенным металлическим кусочком. — Пусть всё зафиксируют и занесут в протокол.
Попрошу никого сюда не подходить, это место преступления! — Последняя фраза относилась к зевакам.
Весь этот нелепый спектакль был предназначен исключительно для собравшихся у входа в бар зрителей. Чтобы уже ни у кого не возникло сомнений по поводу того, кто здесь является злодеем, а кто жертвой.
Тем временем сквозь толпу протиснулась Ольга, а следом за ней — официантка Ирина с чистым влажным полотенцем.
— Вот, ваше сиятельство, вытритесь. А то на вас лица нет, — смущенно проговорила она.
Юморная, однако, эта Ирина, и очень предусмотрительная, подумал я, ухмыльнувшись.
Душевно поблагодарив официантку, я нагнулся к зеркалу заднего вида и начал стирать с себя грязь."
"В отражении позади меня виднелся угол пятиэтажки. Блики от горящей напротив машины причудливо отплясывали в ее подслеповатых окнах. В условиях плохого городского освещения это выглядело довольно апокалиптично.
В этот момент пламя добралось до бензобака и ярко вспыхнуло с новой силой.
И в следующую секунду я поймал взглядом новый блик: маленький, еле заметный огонек на крыше здания. Что-то черное и бесформенное, тускло освещаемое языками пламени, затаилось там. И только мимолетный отблеск с оптического прицела выдал мне охотника за чужими жизнями.
Глава 25
Я не шевелился, пытаясь понять, почему я до сих пор жив. Оценив примерный угол полета пули, я увидел, что снайперу мешает моя согнутая поза и стоящие за моей спиной официантка с Ольгой.
