Помещение было разбито на двенадцать огороженных друг от друга отсеков. Из них работали только семь. Я договорился с Коршуновым, что он вызовет ремонтников, и те набросают смету стоимости ремонта и оборудования на замену. Как только документы будут готовы, я выдам деньги.
Насчет же прерванной инспекции оборонных рубежей, я договорился, что проведем ее после обеда.
Попрощавшись со Степаном Ивановичем, я вышел из ангара и быстро огляделся. Перекупщика нигде не было видно. Нисколько не расстроившись и понимая, что хитрый аферист либо где-то затаился и следит, буду ли я его искать, либо просто ждет меня в холле, я направился к усадьбе.
Войдя в дом, я, как и ожидал, не увидел Славика. У управляющего ничего по этому поводу уточнять не стал. Если бы торговец заходил, то Тимофей Федорович в любом случае мне бы это сообщил.
Ну что ж. У меня пока есть дела, которыми нужно заняться. А потом, если не явится, то и черт с ним. Значит завтра приедет. Его алчность не даст ему отступиться. Я зашел в кабинет, снял с плеча автомат и поставил его рядом с собой на самое видное место, а на стол положил пистолет.
После этого, не долго думая, я поудобнее устроился в кресле и вошел в транс.
В последние дни я старался использовать любое освободившееся время, чтобы и дальше восстанавливать свой магический источник. И это начало приносить свои плоды. Теперь я мог накапливать чуть больше маны, и, возможно, скоро у меня даже получится вызывать крохотный огненный шар.
Не прошло и четверти часа, как ко мне в дверь постучали, и мне пришлось прервать медитацию.
В кабинет вошел управляющий и сообщил, что ко мне явился-таки торговец и просит уделить ему немного времени.
— Пусть подождет в приемной, Тимофей Федорович. Я скоро освобожусь, — глухо ответил я, даже не пытаясь изобразить перед управляющим, что я чем-то там занят.
Тимофей Федорович молча поклонился и вышел.
Вот и замечательно! Пришел, как я и думал. Пусть теперь еще немного подождет для профилактики.
Я вошел в транс еще на пятнадцать минут.
После этого открыл глаза, встал, потянулся, размял затекшие мышцы и решительно двинулся к двери.
— Заходите, Вячеслав, — приветливо сказал я нахмуренному торговцу.
Надо было показать этому хлыщу, что у меня, в отличие от него, все замечательно.
Когда мы вошли в кабинет, я показал торговцу на заранее заготовленный жесткий и неудобный стул, а сам уселся за стол в мягкое кресло. Молча уставившись на Ломтева, я ждал, когда он начнет разговор.
