Ночью я говорил с богами, и они…
Подняв голову, Тревельян бросил взгляд на стражей и старшего телохранителя. Божественные откровения их, кажется, не занимали, они принюхивались к содержимому котла.
Брат Двух Солнц ковырял в зубах когтистым пальцем.
– Что сказали боги, Айла?
– Их повеления не для ушей воинов. Сказанное ими услышит только великий вождь.
– Это верно. – Серый Трубач рыгнул, потянулся к бурдюку с водой, сделал несколько глотков. – Иди, Ка-Турх, и пусть твои воины тоже уйдут. Идите, но оставайтесь поблизости.
Айла назовет имена. С названных им вы сдерете кожу. С любого, кем бы он ни был.
– Мой лоб у твоих подошв, – пробормотал Ка-Турх и сделал знак воинам. Те живо подхватили котел и убрались из шатра. Старший телохранитель двинулся вслед за ними.
Поднявшись, Тревельян задернул тяжелый полог из шкур горных кенгуру. В шатре стало сумрачно, свет сочился только в отверстие у вершины центрального столба. На лицо владыки кочевников легли тени, и его сероватая кожа приобрела цвет пепла, смоченного водой.
Волосы падали на мощные плечи Трубача, струились по обнаженной груди и спине, похожей на выпуклый щит. Он сидел вполоборота к Тревельяну и казался спокойным, но это было спокойствие хищника, готового к прыжку.
– Ты говорил с Каммой? – произнес Трубач.
– Нет, повелитель, с самим Баахой.
– Разве не было сказано тобой, что светлый бог спит по ночам?
– Было. Но ради тебя он пробудился. Ты его потомок, Брат Двух Солнц… Мог ли он спать, когда тебе грозит опасность?
Кулаки вождя сжались, мышцы напряглись.
– Бааха назвал имена?
– Он благоволит тебе, и потому… – начал Тревельян.
– Имена! – Пальцы вождя стиснули его плечо.
– Зачем они, Великий? Бааха говорит: убьешь тех, кто замышляет зло, появятся новые. И потому он указал место, где зло не коснется тебя. Ты будешь жить там и править той землей, и все живое будет покорно твоей воле и твоему зову.
– От берегов туфан до берегов ядугар лежат многие земли, – недовольно произнес Трубач. – Я хочу править всеми, а не одной из них.
– Но это очень богатая земля, великий вождь, лучше всех других. Посмотри, что даровал тебе Бааха!"
"В сумраке шатра вспыхнуло овальное оконце, налилось светом, раздвинулось, заслонив стену между боковыми шестами. Там, на островах Исаевых, уже наступил белый полдень; там сияли под лучами солнц рощи деревьев сеннши и мфа, золотились высокие травы, журчал ручей, даже целая речка, огибавшая поляну, мелькали среди стволов юркие маленькие грызуны.
