Каким-то непостижимым образом он чувствовал, что сумеет повести эту массу людей, воинственных шас-га и пленников, куда угодно, на запад или на восток, даже в гибельную пустыню, и они пойдут за ним, не ведая сомнений. Откуда-то он знал, что миссия закончится успешно и принесет немалую пользу для будущего ФРИК – какую именно, покажет время. Это предчувствие было сильным, словно занавес грядущего отдернулся на миг, явив ему то, что еще не свершилось, но обязательно свершится.
«Осталось только выяснить, как управляется портал», – мелькнула мысль.
Подумав об этом, Ивар заворочался на своем тюке, отвел с лица волосы и сплюнул – горло забила пыль.
Тентачи, сидевший у его ног, коснулся барабана. Змеиная кожа загудела под быстрыми пальцами.
– Великий ппаа! – пробормотал певец.
– Хурр, – согласился Тревельян, протирая глаза.
– Наш хозяин – великий из великих, – уточнил Птис и гикнул на яххов.
– Хурр!
– Да, великий из великих, повелитель духов и демонов, – произнес Тентачи, поглаживая рокочущую кожу.
– Хурр… – Тревельян с блаженным видом почесался.
– Сам Бааха говорит с тобой!
– Сам Бааха, прародитель солнц, – поддержал Псис. – А с Киречи-Бу говорили одни мелкие демоны, да и то лишь когда он нажрется и задремлет. Он заставлял меня слушать свое бормотание, будто это речи духов… Но я слышал только, как бурчит у него в животе.
– Киречи-Бу – ничто против нашего хозяина, – заметил Тентачи, презрительно отвесив губу. – Бааха посылает знамения лишь могучим и мудрым, умеющим их толковать.
Не тем глупцам, у которых печень в пятке.
– Ты прав, битсу-акк. – Птис сделал жест одобрения. – Только могучим и мудрым!
Тревельян потянулся, разминая мышцы, и промолвил:
– Хурр! Как приятно слушать правду! Говорите еще, и я позволю вам облизать котел, когда съем мясо.
Птис был поглупее и потому начал прославлять хозяина, но Тентачи уловил иронию и заткнулся. Подождав, когда Птис иссякнет, он робко произнес:
– Это знамение, ппаа Айла… это страшное знамение… Я сложил о нем песню.
Хочешь послушать?
– Песня длинная или короткая? – поинтересовался Ивар.
– Короткая, великий ппаа.
– Ладно. Если короткая, пой.
Битсу-акк ударил в барабан.
Копье огня пронзило землю,Копье, посланное Баахой.Страх, страх, страх, страх!Печень усохла, лоб у колен бога.
– Неплохо, совсем неплохо, – одобрил Тревельян. – Твой дар расцветает, Тентачи. Надеюсь, ты еще сочинишь Долгую Песню.
– Дар? – Блуждающий Язык недоуменно сморщился. – Не понимаю, хозяин.
