Стукнув трафора пятками, Ивар двинулся в голову процессии.
Лучников и пращников было сотни две, большей частью из Мечущих Камни, но нашлись среди них и Белые Плащи, и Пришедшие С Края, и Зубы Наружу. Вероятно, пограничная застава, решил Тревельян и, вспомнив о разбойниках-казза, молча согласился с тем, что ущелье нуждается в охране. Мало ли кто мог проникнуть в лагерь через завесу Спящей Воды! В степи, кроме мастеров, колдунов да отставших воинов, хватает лихих людей, и среди них наверняка есть такие, чей счет к Великому Вождю не менее кровав и долог, чем у Дхота…
К нему приблизился Птис и торопливо зашептал в ухо:
– Тут воины нашего Очага… Наверное, их послали, чтобы встретить Киречи-Бу и проводить с почетом… Вон тот, на яххе с тремя бубенцами, младший вождь, Закрывающий Полог… Имм-Айдар его имя…
– Пусть проводят с почетом меня, – сказал Тревельян.
– На моем яххе – пять бубенцов.
Он выехал вперед, спешился и, расправив плечи, положив ладонь на обух топора, важно зашагал навстречу воинам.
Закрывающий Полог тоже слез со спины яхха и уставился на прибывших; видно, одни были ему знакомы, а другие – нет.
Тревельян сделал жест приветствия.
– Да будут боги благосклонны к Брату Двух Солнц, Стражу Очагов, Взирающему На Юг! Он ждал, я спешил. Теперь я здесь. Веди меня к нему.
Имм-Айдар прищурился и отвесил нижнюю губу, что было знаком откровенной неприязни.
– Кто ты? И почему говоришь за этих людей? – Он ткнул пальцем в сторону всадников и телеги, затем почесал в промежности и рявкнул: – Ты какого Очага, крысиный помет?!
– Все тут Белые Плащи, а я – их великий ппаа, – сообщил Тревельян, в свой черед щурясь и выпячивая губу.
Его спутники молчали; то ли полагались на своего предводителя, то ли общаться с Закрывающим Полог им было не по чину.
– Ппаа Белых Плащей – Киречи-Бу, – произнес Имм-Айдар, оглядывая Тревельяна. – Ты на него не похож. Нет, не похож! Не больше, чем тощая змея на откормленного яхха. Говоришь, ты Белый Плащ? Но прежде я тебя не видел.
Видел вот этих! – Его длинная рука протянулась к Птису и Кадранге. – Эти, я знаю, слуги Киречи-Бу. А где он сам?
Тревельян оскалил в ухмылке зубы.
– По ту сторону гор, в животах крыс. Конечно, если они не побрезговали тухлятиной.
Имм-Айдар погрузился в раздумье, но длилось оно недолго.
– Говорить будешь ты. – Он показал на Птиса, очевидно, припомнив, что тот – помощник колдуна. – А этому, который выдает себя за ппаа, разбить башку.
