А еще, кажется, так и засыпает на моих руках.
— Он в порядке? — доносится до меня голос Егора. Вот только он странно хриплый и надсадный. Почти исковерканный.
Испереживался за своего пса все-таки?
Я поворачиваюсь к нему, но тут же отчетливо понимаю, что таракан смотрит не на своего отравившегося питомца, а точно на меня. Если быть точнее, то на мою грудь, которая просвечивает сквозь тонкую ткань майки.
Волоски на моем теле моментально встают дыбом. А вслед за ними и мурашки оголтело проносятся от макушки до самых пят.
Туда-сюда-обратно! Поджимаю пальчики на ногах и пропускаю вдох.
Замираю под его пристальным сканированием.
Мне не нравится его взгляд. Меня бросает в дрожь, от внезапного холода. А уже через секунду опаляет жаром, так как кровь в венах забурлила, доведенная до кипения.
Сглатываю и наконец-то вспоминаю, что для жизни мне необходимо дыхание. Набираю полную грудь воздуха, но тут же прикусываю нижнюю губу от страха, потому что кадык моего соседа вдруг дергается и сам он чуть подается в мою сторону.
Смотрю вниз на свою тоненькую футболочку и мне хочется сквозь землю провалиться.
Моё глупое тело зачем-то реагирует на бесстыжие гляделки Сечина. Реагирует! Зачем? Да потому что с придурью, наверное... и совсем забыло, что мы для этого субъекта всего лишь кислятина!
Ой, мамочки! Надо срочно делать отсюда ноги!
— Куки в порядке, — проговариваю медленно, чтобы смысл слов успешно дошел до соседа. Усвоился материал! — Только отвези его к ветеринару с утра, пожалуйста.
А еще лучше прямо сейчас, возможно, ему понадобится сделать дополнительную капельницу и прописать дальнейшее лечение. Ну, а мне... пора идти...
Я встаю, всё ещё ощущая на себе его жаркий, такой неприкрыто мужской взгляд на свои голые ноги и рефлекторно одергиваю вниз коротенькие шортики. Чувствую спинным мозгом, каждой клеточкой своего тела, как он шарит глазами по мне. Слюной исходит. Будто бы сожрать собирается.
Чёрт! А я хороша тоже. Надо же было в таком виде явиться в квартиру соседа.
Но в тот момент я думала лишь про Куки, а не про то, что именно на мне одето. Коротенькая пижамка и никакого белья. Сидела ещё на коленках, выпятив попу и вообще...
Боже! Ляля, ты дура!
Быстрым решительным шагом направляюсь в коридор, а там почти бегу к входной двери. Но только я протягиваю ладонь к ручке, чтобы смыться уже отсюда подобру-поздорову, как меня опережает Сечин. Его рука красноречиво ложится на дверное полотно и стопорит мне весь процесс.
