Книга Меч ислама — читать онлайн бесплатно полностью

КАПИТУЛЯЦИЯ

Записи Шипьоне о дискуссии в серой комнате Кастеллетто на этом обрываются. Либо его захватил драматизм происходящего, либо то, что последовало за этой дискуссией, было лишь повторением уже известного.

По крайней мере, Шипьоне показал нам, какие доводы склонили дожа к решению. Мы знаем, что в тот же вечер были посланы гонцы на флагманский корабль Дориа и к Чезаре Фрегозо в Велтри с предложением о сдать город. Единственным условием было не подвергать насилию жителей Генуи и разрешить императорским войскам беспрепятственно покинуть город с оружием.

Оговорив эти условия, дон Санчо Лопес на следующее утро покинул свой полк. Испанцы яростно сопротивлялись капитуляции, твердя, что рано или поздно к ним на помощь придет дон Антонио де Лейва. Но дож, полностью убежденный теперь в том, что действует во благо Генуи, был непоколебим.

Не успели испанцы покинуть город, как Фрегозо ввел триста своих французов через Фонарные ворота под восторженные крики толпы, приветствовавшей их как освободителей.

Основные силы Фрегозо оставались в лагере в Велтри, поскольку невозможно было разместить такую армию в голодающем городе.

Через два-три часа, ближе к полудню, к молам подошли галеры, и Дориа высадил еще пять сотен своих провансальцев, в то время как Просперо занимался высадкой трехсот папских солдат. Предполагалось, что они выступят на параде, дабы придать происходящему пущую значимость. Но прежде, чем высадился последний солдат, стало очевидно, что все участники событий по-разному понимали ситуацию.

"

"Возможно, Чезаре Фрегозо и думал, что французы пришли как освободители, но солдаты французской армии, как оказалось, имели свое, особое мнение. Для них Генуя была прежде всего поверженным городом, и они не собирались отказываться от права победителя, которое наемники XVI века понимали как право на грабеж. Только страх перед суровым наказанием, отвратить которое у них недостало бы сил, поначалу как-то сдерживал их вожделение.

Однако вскоре они нашли поддержку у тех самых людей, которые могли оказать им сопротивление, — у черни, вот уже много дней роптавшей на свое правительство. Как только французы смешали свои ряды и совершили в городе пару набегов, голодная толпа сразу же поняла, что нужно делать. Сначала мерзавцы вламывались в дома богатых купцов и аристократов только в поисках еды. Но как только начался грабеж, проснулась первобытная страсть толпы к разрушению.