Спина упирается в стену.
Как он смеет?
Вздергиваю подбородок. Только посмей прикоснуться! Но в груди бьётся густой удушливый страх, поднимаясь в горло.
Я знаю, что в кобуре у него ствол. Но, отметая панику, я убеждаю себя: нет у него права, ни Тишу обижать, ни меня! И я не стану покорно теперь такого обращения!
Подходит в упор.
Меня расплющивает об стену от его тяжёлой агрессивной энергетики.
Мы замираем, словно перед дракой. И мне хочется, как девчонке вцепиться в него, сделать больно! Но я уже не девчонка, а он не ровня мне.
Одного его удара хватит, чтобы сломать моё тело.
— Дальше что? — верхняя губа чуть поднимается демонстрируя хищный оскал.
Но и моего одного удара достаточно, чтобы выплеснуть всё, что кипит. Не для того, чтобы сделать больно, а чтобы указать место!
У тебя оно тоже есть, Черкасов! Держи дистанцию!"
"Все смешивается — обида на него, разочарование, беспомощность, страх, унижение, что он смеет со мной так обращаться, моё растоптанное в зачатке доверие и неоправданная тяга к этому хищнику.
Я ненавижу его в это мгновение. Ещё и за то, что понимаю — не люблю и никогда не полюблю мужа! А его бы смогла…
Меня кроет от переполняющих болезненных разрушительных чувств. И, выплескивая их, я мажу ему ладонью по щеке.
Не сметь меня зажимать! Я тебе не принадлежу!
А дальше всё кружится. Оказываюсь вжата лицом в стену. Чувствую, как пятерней сгребает на затылке мои волосы. И как телом давит на меня.
Задыхаясь, слышу низкое рычание. Волоски от него становятся по коже дыбом.
Меня окатывает кипятком, ослепляя и оглушая. Ноги отказывают. И если бы не его колено между ними, боюсь, стекла бы по этой стене.
Когда ощущаю, как он грубо сминает ткань моей юбки, низ моего живота трепещет и сжимается от ужаса и каких-то пьянящих судорог. От узнавания этого мужского жадного горячего дыхания, как в последние мгновения при близости с мужем, я замираю, как мышка в лапах огромного кота. Мне кажется, ещё немного, и я буду разодрана, смята, изнасилована…
И я, глупая ненормальная дура, ловлю себя на том, что даже желаю этого!
Господи, боже…
Вспыхнуть, сгореть в этом эмоциональном неадеквате и перестать существовать!
Но так не будет.
Не перестану. И если он посмеет… как дальше жить?!
В этом доме, с этим мужем и в принципе — жить?
Если в этом мире только такие мужчины — берут, что хотят, растаптывая и ломая.
Это все несётся обрывками.
Моё тело напрочь отказывается сопротивляться! А юбка движется вверх… пальцы на моих волосах сжимаются.
