Вот бы мне так растворится.
— Дэм! — в кабинет влетает Кирилл. — Надо что-то делать! Она уже сутки с этим конченым извращенцем, — говорит, и глаза горят огнём.
— О чём речь? — спрашивает детектив, хмурясь.
— Этот, — киваю на отца. — Отдал мою сестру в руки Сабурова.
Тихонов удивлённо приподнимает бровь.
— На него есть что-то? — спрашиваю.
— Есть, только на словах, — раскидывает руки. — Тут без меня. Но я знаю, кто может помочь, — говорит и набирает кого-то. — Толян, дело есть, — начинает Тихонов.
— В общем, Серёжа мёртв… Да, тот, что на Марат работал… Нет, у меня нет связи с ним. Короче, его… Э-э-эм… Друг… Рад, что понял, — усмехается и продолжает: — Надо девушку спасать. Отлично! Я дам ему твой номер, он тебя наберёт и всё объяснит. Спасибо. — Тихонов попрощался и отключился. — Он поможет, это старый друг Ромы, ты про него, наверное, не знаешь.
— Знаю, — перебиваю его, вспоминая рассказы Серёжи про приключения в штатах.
— Так вот, он частник и дело своё знает.
На моём телефоне сплывает сообщение с номером.
— Спасибо, — искреннее благодарю его.
— Там просто так не войдём, — смотрю на Кирилла. — Нужны ещё люди. — Он, кивая, достаёт телефон и выходит из кабинета. — Дом в вашем распоряжение, можете сжечь его, мне плевать. И его тоже, — показываю на кусок дерьма с дыркой в башке, обращаясь к детективу.
— Не имеем право, — хмыкает детектив.
— Пойдём, видеорегистратор отдам, сами разберётесь.
Выходим из кабинета и спускаемся по лестнице на улицу.
— Давайте без геройства, — напутственно говорит он, когда мы с Кириллом садимся в машину. — Чтобы я не собирал вас по кускам.
— Ничего не обещаю, — захлопываю дверь и уезжаем.
Через час мы стояли в автомастерской Кирилла и обсуждали план действий. Кирилл собрал пару людей, я с Толей договорился, и он должен подъехать со своими. Дверь открылась, и в помещение зашёл Черняев.
— Привет, — здоровается он. — Как обстоят дела? — спрашивает и смотрит на план дома Сабурова, который нам предоставил детектив.
— Не спрашивай, — мотает головой Кира.
— Иди кофе выпей, покури. Ты слишком взвинченный, — говорю ему, но он только отворачивается, тяжело выдыхает и падает на стул.
— Я помогу чем смогу, но с вами пойти не могу, извини, брат. — Черняев смотрит виновато на Кирилла.
— Я и не прошу, у тебя семья, на хрен влезать в это говно, — отзывается друг. — Спасибо за тачки, — благодарит его и, встав, пожимает руку Стасу.
