Как выдавливал из себя слёзы перед журналистами, которых сам же и вызвал на похороны матерь, устроив целое представление, а ночью бухал и трахал баб. Как он тащил нас на аттракционы, а из кустов щёлкали фотографы, которым он заплатил, чтобы потом писали в газетах, какой он хороший отец и что много времени бедным детям уделяет. Диана радовалась, так как ничего не понимала, думала, папа её любит, а папе было плевать. Как только дело было сделано, он и не смотрел в нашу сторону.
И всё шло по плану, пока я не сел в свою тачку и мне закрыли рот какой-то тряпкой, а очнулся я в самолёте и охренел.
Ничего не понимая и не до конца пришедший в себя, я шёл за пассажирами к проверке паспортов, пытаясь разобрать, куда прилетел и какого хрена вообще.
— Пройдёмте с нами, молодой человек, — говорит на английском азиатской внешности мужчина в форме полицейского, когда я прошёл через рамку металлодетектора.
— Зачем? — спрашиваю я севшим голосом, но за ними иду.
Ответа не последовало.
Меня толкнули в комнату для допросов, где на столе была открытая сумка.
— Это ваш багаж? — тычет в ту самую сумку полицейский.
— Нет, — мотаю головой, так как в первые вижу эту вещи.
— На ней ваше имя, — уверяет он меня.
— Это не моё! — возмущённо говорю я.
— Не советую врать, это вам не поможет, — продолжает уверенно говорить. — Мы нашли в вашей сумке наркотики, так что вам лучше самому всё рассказать."
"— Что, мать вашу, мне рассказать?! — взрываюсь. — Какие, к чёрту, наркотики?! Что вообще за хрень происхо… — удар под дых прерывает мои возмущения.
— Загорский Демьян, вы арестованы за наркоторговлю.
Меня скручивают, надевают наручники и выводят из комнаты.
22
Демьян
Без каких-то дополнительных объяснений, кроме «вы арестованы за наркоторговлю», я не получил. Меня привезли в местный полицейский участок и закрыли в камеру с какими-то бомжами. А «местное» — это Бангкок, я тут отдыхал год назад, то есть мне пизда! В этой стране законы касаемо наркотиков жуть просто, может доходить до смертной казни, но мне это, скорее всего, не грозит, так как в якобы моей сумке нашли пакетик марихуаны.
Что значит, если мне память не изменяет, сто тысяч в их валюте, а это двести тысяч с копейками наших, и год в тюрьме без помощи адвоката, что вряд ли у меня волшебным образом появится.
Спасибо, папочка постарался. Что это его рук дело, я не сомневаюсь, у него друг здесь живёт наркоторговец, и всё ясно как белый день — я отсюда не выйду.
