— Матабар… — смеялся ветер, кружа среди бескрайних простор.
Он летел над кронами, стелился по лощинам и полям, пока не поднялся по камням к старым горам, не заставил их вздрогнуть и не закружил среди пещеры одинокого барса. Тот смотрел куда-то вниз, под Лестницы и, почему-то, его глаза светились мерным, белым светом.
Но Арди всего этого не видел и не слышал. Он лишь бежал, пытаясь успеть вовремя. Успеть до того, как произойдет что-то непоправимое.
И он успел."
"Спрыгнув с невысокого обрыва, он пробежался по веренице камней, послужившим ему мостом через ручей и оказался прямо перед лицом встревоженной оленихи.
С её черных губ и мягкой, бурой шести, еще капала влага. Маленькие рожки забавно торчали за ушами, а тяжелый, массивный живот, едва ли не касался земли. Кого бы она не вынашивала — это должен быть настоящий гигант. Может быть даже не меньше Леноса.
Олениха, совсем еще молодая, попятилась и опустила вниз голову, выставляя рожки. Они смогли бы причинить Арди вред только если бы он уже был стар и слеп.
— Я сыт в этот час, — произнес Арди, прикладывая ладонь к губам, а затем к земле. — я не ищу твоей жизни, будущая мать.
Самка какое-то время не двигалась, после чего начала шумно дышать. Её ноздри раскрывались подобно зобу жабы, а затем так же шумно сдувались.
— Ты странно пахнешь, горный детеныш, — произнесла она голосом, в котором, отчего-то слышались раскаты весеннего грома и первой капели. — Ты пахнешь, как двуногий, плутающий по невидимым для него тропам и оскверняющим старые камни железом.
Ты пахнешь как ирбис, едва-едва открывший глаза и облизнувший свои когти и ты пахнешь, как… — она втянула воздух еще глубже, после чего в глубоких карих глазах Арди заметил искрящиеся звезды. Но, наверное, ему показалось. — Матабар.
Матабар… эти звуки от чего-то отозвались эхом внутри юного охотника, но не минуло и одного удара сердца, как они свернулись внутри и укрылись словами Эргара, произнесенными тогда — в первый день охоты, и уснули.
Да и не было у Арди времени размышлять над ними — мурашки побежали по загривку, а то место, где у Эргара вечно плясали хвосты, сжалось.
Волки подбирались все ближе.
— Тебе надо убегать, — поторопил юный охотник, на всякий случай проверяя, крепко ли сидят когти в перчатках.
— Убегать? От чего мне надо убегать, странный детеныш.
— Волки, — прошипел Арди. — сюда идут волки.
— Волки, — фыркнула олениха. — этот лес давно уже не знал голодных зим. Добычи здесь вволю.
