Так быстро, что земля, не по своей воле, пыталась обмануть Арди и рассказ о их беге превратился едва ли не в полет — так редко они касались лапами земли.
Юный охотник выпрямился.
Он посмотрел в сторону, откуда пришел запах воды. Маленькая лапа так сильно сжала клык Учителя, что по лишенной шерсти шкуре потекли капельки крови.
Арди понятия не имел, почему олениха понесла в неподходящее время года и, тем более, он не знал отчего эти волки кажутся ему такими странными. Более того — все уроки наставления Эргара учили Ардана, что надо отступить, вернуться, все рассказать, обсудить, обдумать, подготовиться и только после этого вернуться на охотничью тропу
Тропа…
Юный охотник провел пальцами по волчьим следам.
Но ведь это не была охота…
И стоило ему подумать так, как внутри что-то проснулось. Что-то такое же старое, как пики высокой Алькады и такое же могучее, как ветер, несущий Кайшаса навстречу пожару Духа Дня. Оно развернулось внутри Ардана, расправилось, поднялось в полный рост и без капли страха и сомнений направило взор вперед.
Будто земля под его ногами стала тверже, обещая, что охотник не оступится и не споткнется. Деревья сомкнули кроны над головой, уверяя, что даже самые зоркие очи не смогут заметить его. Ветер, кружа вокруг, низко поклонился и поклялся укрыть и спрятать запах ото всех — не важно, будь то добыча или охотник. А вода… вода она обещала ненадолго задержать волков и не дать им совершить преступления.
Арди не понимал, что происходит, но все же, несмотря на всю свою странность, показалось что так и должно быть.
И юный охотник побежал.
Если бы он видел себя в этот момент со стороны, он бы удивился тому, как его маленькие лапы с легкостью пересекали огромные канавы, кои с трудом смог бы перепрыгнуть сам Эргар. Как ловко он отталкивался от деревьев и камней, паря в воздухе не хуже Кайшаса. И там, где его лапы касались травы, та расходилась кругами, напоминая потревоженную камнем водную гладь.
И звон летел над землей, смеялись деревья, а ветер разносил радостную весть.
Звери, услышавшую её, просыпались, не веря своим ушам и глазам, они втягивали воздух, они слушали лес. И тот рассказывал им. Старые легенды, почти забытые мифы. О народе, что жил среди зверей. Народе, что берег этот край, отдавая тому свою кровь и не прося ничего взамен.
— Матабар… — шептали вековые сосны, передавая слухи своим сестрам елям, а те — теткам и сватам, березам и ивам.
— Матабар… — звенела земля, нашептывая истории камням и холмам.
