Арди прикоснулся к тяжелому замку, на котором не обнаружилось ни единого рыжего пятнышка ржавчины и даже петли не скрипели, словно кто-то заботливо смазывал их маслом едва ли не каждый месяц. Лишь заунывно выли доски, когда слишком сильный порыв ветра заставлял тех вздрагивать."
"Ключ легко вошел в скважину и, издав едва слышный писк, провернулся. Массивные скобы разомкнулись и Арди, успев подхватить падающий замок, удивился тяжести последнего.
Пыхтя и кряхтя Арди уложил устройство на землю, после чего выпрямился и, по привычке принюхавшись, открыл дверь.
В лицо как пыльным мешком ударили. Охотник чихнул, поморщился, но, подождав пока ветер сделает свое дело, все же шагнул внутрь. Без окон, с щелями замазанными глиняными растворами, сарай давно не знал солнечного света. Власть тьмы здесь сохранялась на протяжении многих и многих лет, ревностно оберегая свои территории, не пуская сюда незваных гостей, способных рассказать о внешнем мире.
Арди не заметил ни паучка, свившего бы паутину где-нибудь в углу.
Не было ни следов от жуков древоточцев, пожелавших бы отведать излюбленного лакомства. Ни сырости, ни проросших сквозь настил трав и цветов, ни плесени, только пыль. Но и та, стоило открыть дверь, вырвалась наружу с ретивостью невинно осужденного пленника, которому выдали помилование за минуту до казни.
— Вот ведь… — задумчиво протянул охотник.
Лучи солнца, впервые за годы восставшие против царицы мрака, осветили всего несколько предметов. Здесь не обнаружилось ни инструментов, ни стеллажей, ни ящиков или чего-то иного, присущего простому сараю.
Только приставленная к стене длинная палка, в которой Арди узнал потрескавшийся, местами обугленный, надломанный посох.
Он подошел к нему и провел ладонью по стертым символам и знакам. Древесина под пальцами превращалась в труху и, казалось, приложи еще немного усилий и посох последует примеру пыли и развеется по ветру, исчезнув среди Алькадских простор.
Рядом с посохом к стене, как сперва показалось, был приставлен тубус для карт или документов, но стоило присмотреться, как Арди увидел местами прогнившие, разваливающиеся ножны.
Кожаная оплетка на них уже истлела, а лак облупился и осыпался на пол черными хлопьями. Охотник наклонился и присмотрелся к гарде меча. Сломанная и погнутая, давно разъеденная ржавчиной.
Охотник протянул ладонь, но тут же одернул. От Атта’нха он слышал немало историй о проклятых артефактах. Не говоря уже о тех легендах, что ему рассказывал в детстве дедушка.
