— Впрочем, у вас будет еще четыре года, чтобы разобраться в этом, учащийся Эгобар, — спохватилась Тенебри. — Я и так вас уже через чур задержала. Ступайте. Наслаждайтесь заслуженными каникулами и летом."
"— И вам того же, учитель Тенебри, — слегка поклонился Арди, после чего схватил сумку, запихнул в неё табель и выскочил за дверь.
Он буквально пролетел по коридору, иногда козыряя кепкой редким учителям или ученикам, первые напоминали о том, что бегать нельзя, а последние… если были местными, отвечали взаимностью, а если приезжими — делали вид, что ничего не замечают.
После того происшествия полгода назад, когда Кенбиш с братьями и подельниками застали их с Анной врасплох, по городу пошли разные разговоры. Их сильно подпитывали рассказы братьев о том, что страшный монстр схватил Анну и исчез внутри снежного бурана. Мол — колдовство это все и магия. Но после того, как священник заявил, что не находит у Арди следов звездной магии, а шериф устроил рыжеволосым допрос (закончившийся недельным отдыхом старших братьев на больничных койках) разговоры стихли, заменившись слухами.
Те, кто еще помнил историю своей земли, добавили их в фольклор, а остальные… они просто смирились с тем, что рядом жил не совсем человек.
Разумеется, не все так гладко и иногда случались разные неприятные случаи. Например, один раз ковбой отказался принимать у Арди еду, или, к примеру, ему не продали продукты в лавке, а еще учительница химии показательно никогда не вызывала его к доске и не разговаривала напрямую несмотря на то, что являлась местной.
Но Арди её не винил.
Её сын погиб тогда в пожаре, устроенном Шанти’Ра и теперь старушка испытывала неприязнь ко всем «нелюдям».
Кроме этого, иногда, учащиеся в школе, возглавляемые рыжим Кенбишем, пытались ему сказать что-то неприятное или обидное, но Арди либо пропускал мимо ушей, либо широко улыбался. Этого оказывалось достаточно, чтобы недоброжелатели притихли как минимум на неделю.
Так что жизнь протекала довольно спокойно и размеренно.
Арди даже недавно начал спать не на полу в шкурах, а на кровати, которую сам же и собрал. У него не было денег чтобы заказать мебель у столяра, а брать какие-либо средства у Келли не позволяла гордость. Пусть Скасти и назвал бы это — « шелухой вместо мозгов». Так бельчонок часто выражался о каких-то глупостях. Ну и пусть это не гордость, а глупость — Арди не собирался себе изменять.
