Так высоко, что чтобы увидеть солнечный свет приходилось запрокидывать голову до хруста в шее.
Дышать оказалось трудно, но не из-за боли, хотя и из-за этого тоже, но скорее потому, что попросту не хватало места. Здесь было так тесно, что Арди не мог ничего сделать, кроме как стоять боком или лежать. Удивительно, что при падении он не рассек себе кожу и ничего не сломал…
— АРДИ! — громоподобно грохнуло в вышине и несколько маленьких камешков, недовольных данным обстоятельством, сорвались вниз и вскоре стукнули охотника по голове и плечам, словно он был в чем-то виноват.
— Да, Гута! — терпя боль, вызванную собственным криком, ответил Арди.
— ТЫ ЦЕЛ?! — и снова каменный дождь просыпался на и без того настрадавшуюся макушку охотника.
— Почти!
На какое-то время расщелина погрузилась в тишину и, с одной стороны это настораживало, а с другой — никаких каменных осадков.
— ШАЛИ ГОВОРИТ, ЧТОБЫ ТЫ ШЕЛ НА ЗАПАД! И НЕ ОТРЫВАЙ ПРАВУЮ ЛАПУ ОТ СТЕНЫ!
Арди икнул и, только услышав первые раскаты медвежьего гласа, кое-как нырнул вниз.
Пусть и больно — но это лучше, чем все те же острые камни, пытающиеся срезать с него кожу. Когда маленькая лавина прошла, а эхо унялось, охотник поднялся и, как и было сказано, приложив праву лапу к стене, ответил:
— Понял!
Но видимо на этом его злоключения даже и не думали заканчиваться.
— МЫ ПРИДЕМ ПОЗЖЕ! НАДО ОБОЙТИ ПРОВАЛ! ЖДИ НАС У ВЫХОДА!
Арди икнул и, как мог, поспешил вперед. Решение он принял как нельзя вовремя, так как на этот раз расщелина решила, что с неё достаточно и пора вернуть себе покой и безмятежность.
Вместо острых камешков-капель, она обрушила вниз несколько массивных валунов. Сверху тут же стало тихо, а Арди показалось, что он услышал тихий скулеж.
Несмотря на свои размеры и невероятную мощь, Гута являлся самым миролюбивым существом, которого только видел в своей жизни охотник. Он даже на рыбу редко охотился, предпочитая мед, корешки и ягоды. Так что никогда не сопротивлялся, когда Шали решала немного «вернуть разум», как она говорила, их косолапому другу.
Но не стоило путать такую мягкость со слабостью — решение разозлить Гуту станет последним для любого хищника Алькады.
Иногда Арди даже фантазировал, кто выйдет победителем из схватки — Эргар или Гута, но надеялся, что никогда не станет свидетелем подобному.
— Возьми себя в лапы, — прошептал сем себе охотник. — Это все мысли завтрашнего дня.
Да. Об этом он сможет подумать и завтра. Сегодня же ему предстояло очередное приключение.
