28
Макар, не глядя, провел по экрану телефона пальцем, и музыка смолкла.
В тишине, которую нарушал только стук дождя по крыше, особенно хорошо слышный здесь, в мансарде, в темноте, которую разгоняли только две свечи на подоконнике, в свете которых белая кожа Маруси манила близнецов, как фонарь ночных мотыльков, они завороженно любовались ею.
Нереальным видением, ожившей фантазии, которая вдруг явилась им во плоти.
Будто сбывшееся желание, воплощенный сон.
Та, о которой они мечтали.
Прямо сейчас.
Никита сполз с кровати на пол и сел рядом с братом, глядя на нее снизу вверх таким же восторженным и жадным взглядом, как у Макара.
Маруся сделала шаг внутрь и дверь захлопнулась за ней.
Она вздрогнула и оглянулась.
Этого мгновения хватило им двоим, чтобы переместиться еще на пару шагов ближе.
Двигаясь неслышно, словно тени, они оказались у ее ног.
Она обернулась к ним, ждущим, жаждущим, раздевающим ее взглядами — и шагнула вперед, отдавая себя в их власть.
Две пары рук скользнули под шелк платья, обняли лодыжки, сжали бедра, пробрались выше.
Две пары глаз, горящих восторгом, словно к ним сошла богиня, оглядели ее предвкушающе и жадно.
Двое широкоплечих и загорелых парней с выгоревшими челками встали на коленях перед ней.
Одинаковых.
Настолько одинаковых, что от волнения у Маруси кружится голова и она перестает различать, где кто.
Только видит, как один из них приподнимается и трется щекой о ее бедро, обхватывая ее руками.
А другой — встает на одно колено, подцепляет невесомый подол платья и задирает его, обнажая ее ногу до самой кружевной резинки чулка.
Частое дыхание, стук дождя, шум ветра.
Никакой другого музыкального сопровождения им не нужно.
Маруся кладет руки обоим на макушки, зарываясь пальцами в волосы, и они ластятся к ней, подставляясь под тонкие пальцы.
Один берет край ее подола в зубы и поднимается с колен, выпрямляясь и задирая его высоко-высоко.
Другой встает следом, нащупывает пальцами застежку сзади на шее, под волосами.
Это платье снимается очень просто — достаточно расстегнуть молнию и потянуть вниз ткань.
Но они не дают платью просто упасть с ее тела.
Их руки сминают легкий шелк, они прослеживают скольжение ткани вниз, вниз, вниз, в четыре руки повторяя его путь от шеи до груди, по животу, чуть задерживаются на бедрах и наконец оно падает на пол, где близнецы помогают Марусе переступить через него, сделать еще шаг в середину их пиратского логова.
В центр их мира.
