Тем более в компании женщины. Эту малявку, правда, язык не повернется женщиной назвать — вся тонкая-звонкая, взбалмошная, и ветер в голове.
Девчонка сразу сжимается при одном его виде и опускает взгляд в тарелку, чтобы не встречаться глазами. Лютый занимает место напротив Сони и открыто рассматривает ее, пока Таня ставит перед ним тарелку. Милое, почти кукольное личико: большие глаза, неброский румянец, аккуратные чуть пухлые губы. Русые волосы собраны в хвост, и снова это ее черное в мелкий горошек платье.
Вроде бы ничего особенного, обычная юная девушка, которая через несколько лет, если не свяжется с каким-нибудь подонком, превратится в красивую женщину. Было в ней что-то, что притягивало взгляд. Вполне даже во вкусе Лютого. Но… мелкая, как ни крути. По паспорту девятнадцать только исполнилось, так что в сравнении с ним девчонка совсем. Разница больше, чем в пятнадцать лет — почти как пропасть. Его жена была младше всего на пять лет, и это уже казалось, что много.
— Что-то слышно о Лесе? — решается задать вопрос Соня спустя пять минут напряженного молчания.
— Нет.
— Я думала, Демид выйдет на связь…
— Почему? — ее наивность почему-то веселит, — Потому что ты попалась? Все еще надеешься, что он тебе на выручку бросится?
— Может и бросится! — вздернув подбородок, прожигает девчонка взглядом.
— Как видишь, — Лютый нарочито сосредоточенно смотрит на часы, — Пока время не пришло. Подожди, в сказках же принцы не сразу прибегали на выручку.
Соня насупленно молчит некоторое время.
— Почему Демид украл Лесю?
— Это тебя не касается, — в голосе слышится металлический отзвук. Но, несмотря на предупреждающий ледяной взгляд Лютого, Соня взрывается:
— Но я же могу хоть что-то знать! Я не понимаю, что происходит. Вообще! Изначально меня попросили стать няней, присмотреть за Лесей, а теперь меня попросту похитили, и я не знаю за что! За помощь?
— Тебя не похитили. Скажем так, мы просто выжидаем момент, когда твой подельник как-то проявит себя.
— Вот опять! «Твой подельник»! Да я сама переживаю за свою девочку! Почему вы ведете себя так, будто я преступница и мне на нее плевать?!
Брови Лютого взметаются вверх.
«Переживаю задевочку»?! Это как вообще понимать?
— Сонечка… ты забываешь, с кем имеешь дело, — явно сдерживаясь, произносит он, выразительно глядя на девчонку. С оттяжкой так, нехорошо.
Но Соню несет. Если она и замечает этот предупреждающий взгляд, все равно уже не способна остановиться и замолчать.
