– Собственно говоря, могу и вам все рассказать! Сегодня утром к нам пришла перепуганная Селина. Ночь она провела, бродя по улицам. Что-то вчера вечером напугало девушку до потери сознания. Сейчас пока она спит.
Луиза молчала. Удивленная отсутствием какой-либо реакции с ее стороны, я ринулась напролом:
– Скажите, ваша сестра никогда не употребляла наркотики? То, что она рассказывает, похоже на бред. Вроде встретила в гостиной покойного Роуэна, тот ужасно ругался…
Луиза бесцеремонно перебила меня:
– Давайте адрес, сейчас приеду, лучше поговорить с глазу на глаз.
Я посмотрела на сына.
– Знаешь, а ты, наверное, прав. Стоило мне заговорить о наркотиках, как ее сестра перепугалась и уже мчится сюда.
Аркашка пошел к двери.
– Жаль Селину, может, сумеет завязать, если родственники помогут.
Луиза, наверное, наняла самолет. Не прошло и пятнадцати минут, как она вбежала в холл.
– Где Селина?"
"Я еще раз удивилась тому, как не похожи сестры. Красавицу Селину не портили ни грязное платье, ни спутанные волосы, ни отсутствие макияжа.
Аккуратно причесанная, в дорогом шелковом костюме, с серьгами от Картье и сумочкой от Тиффани, Луиза казалась разряженной нищенкой. Костюм сидел плохо и не скрывал полноватых ног, руки, сжимавшие сумочку, были короткопалые и широкие, ногти, ровно покрытые лаком, имели квадратную форму. Хорош только голос – мягкий, грудной, этакое завораживающее меццо-сопрано.
– Где Селина? – взволнованно повторила Луиза.
– Еще спит.
Луиза облегченно вздохнула. В комнате повисло напряженное молчание.
– Может, кофе? – вспомнила я обязанности хозяйки.
Луиза отрицательно помотала головой и продолжала молчать. Положение становилось идиотским.
– Думается, следует показать Селину домашнему врачу, – попыталась я возобновить разговор, – если вовремя начать лечение, положить в клинику…
Луиза перебила меня:
– Она не наркоманка и не пьяница. Все, что сестра рассказала, – правда.
От удивления у меня глаза полезли на лоб. Ну вот, еще одна ненормальная, у них, наверное, семейное сумасшествие.
– Хотите сказать, что ваш отец вчера вернулся домой и устроил домашним разнос?
Луиза закивала головой:
– Понимаю, что в это трудно поверить. Мы сами до сих пор не можем прийти в себя… Вчера, где-то около девяти вечера, Пьер принес торт, и мы сели пить чай. Мама не нарадуется, что наконец-то осталась одна.
