Головные боли, тошнота, амнезия, носовое кровотечение, потеря слуха – вот далеко не полный перечень осложнений.
– А галлюцинации бывают? Может ей сейчас казаться, что она вспомнила имя нападавшего?"
"– Конечно, но я всегда предостерегаю полицейских, советую быть очень осторожными, допрашивая подобных потерпевших. Тем более что они, как правило, находятся под влиянием сильнодействующих лекарств. Сейчас ей кажется, что она все отлично вспомнила, однако чаще всего подобные больные заговариваются. Нет, я не стал бы полагаться на такого свидетеля.
А что, ваша подруга называет какие-то имена? Полицейские просили записывать все, что она говорит.
– Да нет, бормочет ерунду. А какой диагноз, сумеет Луиза выкарабкаться?
Ординатор развел руками:
– Я не Иисус Христос. Будем лечить, а там посмотрим. Сегодня в наших руках довольно мощные лекарства, хорошо еще, что не пришлось делать трепанацию черепа.
Расстроенная и уставшая, я вернулась домой вечером и застала домашних за ужином. На горячее подали кровяную колбасу с тушеными яблоками, и я внимательно следила, как Дима расправляется с сочной кожицей.
Пребывание в Париже явно пошло подкидышу на пользу. Его лицо приобрело спокойное, расслабленное выражение. Густые светлые волосы, подстриженные парикмахером, лежали красивой волной. Он больше не носил застиранную футболку и индийские джинсы. Этим довольно прохладным осенним вечером на нем была светло-бежевая рубашка от Гуччи, простые темно-синие «Левисы» и кожаные ботинки от Пазолини. Конечно, не самые дорогие вещи, но и не дешевые.
К тому же от Димы одуряюще пахло духами Пако Рабанна. Интересно, сколько ему платят в этой фирме? И где он берет деньги на всякие покупки?
Ни я, ни Наташка последнее время не давали ему ни копейки. Может, Аркадий спонсирует прижившегося оболтуса?
Дима оторвался от аппетитной колбасы и поглядел на меня.
– Послушай, а как долго продлится твоя стажировка? – спросила я, поймав его взгляд.
– Обещают еще полгода, а там посмотрим.
– И ты собираешься все это время жить у нас?
– А что, надоел?
– Да нет, просто подумала, вдруг тебе захочется снять жилье.
– Ну уж нет, – рассмеялся Дима, – я к вам привык, даже собак полюбил, да и денег мало платят, я еще хотел маме подарков привезти. Вы не волнуйтесь, скоро уеду, через год – точно.
И он смачно захрустел тостом. Ольга отодвинула тарелку и медленно вылезла из-за стола.
– Боже, как мне надоел живот.
Аркашка обнял ее и повел наверх. Дима зевнул:
– Пойду лягу, устал.
