Быть может, я должна прислать вам перечеркнутую карточку? Или даже передать ее лично в каком-нибудь светском салоне?
— Не надо! — Анисия все же отмерла и подбежала ко мне, схватила за руки привычно, строя умоляющее лицо. — Пожалуйста, Камилла, не надо! Я... я прощаю тебя.
— Ты меня прощаешь? — от удивления я почти рассмеялась.
— Конечно! Мы приняли тебя в семью после смерти твоего отца, старались позаботиться, а ты все время пыталась перетянуть на себя внимание, все время вела себя... не как хорошая кузина.
А потом еще и этот позорный суд за опекунство над Дэниелом и виконтством... Но это ведь в прошлом, ведь так? Я прощаю тебя, давай больше никогда не будем ссориться!
— Хорошо... — ответила я рассеянно, удивленная такой подачей событий. Будто вся моя жизнь вертелась вокруг Анисии.
— Так... ты пришлешь нам приглашения? — чуть смущенно и заискивающе улыбнулась она.
— Конечно, Анисия, я не могу лишить приглашений свою ближайшую родню. Это легло бы тенью позора на вас, — я выделила последнее слово голосом, чтобы его подчеркнуть.
— Пойду поищу своего супруга.
Я надела злотые перчатки и аккуратно расправила складки платья, повернулась, чтобы выйти в зал.
— Ищи его подле герцогини, — донесся мне вслед голос тетушки, но я не обернулась и не сбилась с шага.
Ворох хаотично движущихся шикарно одетых людей, юбки эльфийского шелка и южного бархата, вышивки золотом и серебром, драгоценные камни, напудренные лица и фальшивые улыбки. Меня узнавали, меня пытались остановить, заговорить.
Незнакомые лишь глазели, конечно, но Эйдан успел представить меня многим присутствующим: они пытались заговорить, пригласить на танец. Я лишь отмахивалась, отговариваясь тем, что очень спешу. Спросить, где Эйдан, я не решилась. Я должна была найти его одна, потому что...
Потому что слова тетушки занозой засели в сердце. Ребекка Форсферт — прекрасная драконица в изумрудном платье. В голове не укладывалось, но... возможно ли... Перед глазами вставали желтые глазки с вертикальным зрачком на зеленой мордочке.
Мне Эйдан ничего не говорил, но я сама придумала романтическую сказку о женщине, что погибла во время родов или сразу после от родильной горячки, из-за чего герцог не успел на ней жениться. Только вот яйцо отложить может только драконица в звериной форме, во всех других случаях рождается младенец, а способность обращаться получает после.
В очередном алькове за неплотно задернутой шторой мелькнуло изумрудное платье.
