– Я говорю сейчас жестко и достаточно грубо, раньше, я бы никогда не позволил такого отношения к отцу, но теперь все по-другому.
– Уже ничего не изменить, сын, – говорит он как-то обреченно.
– Вот именно. Больше ничего не изменить. – Встаю и, положив на столик деньги по счету с чаевыми, ухожу прочь.
Сажусь в тачку и несусь к ней, только вот запала хватает слава всем яйцам всего до ее дома. В окнах горит свет, а я сижу на улице как пацан и смотрю. Жду. Чего? Сам не понимаю. Но когда вижу в окно этого ублюдка, хочу выломать ему башку к херам.
Но понимаю башкой, что хватит уже с меня этих разборок. В прошлый раз я переборщил, когда схватил ее. Но страх в ее глазах, немного привел меня в чувства, и я отступил, а то и шею мог свернуть. Сам иногда не могу понять, что со мной происходит? Я понимаю, что ее вины в том, что произошло, нет и, по сути, она тоже пострадала, если конечно реально любила меня, в чем я сомневаюсь. Не было там любви никакой. Уж слишком быстро она тогда запрыгнула на своего дружка.
А я дебил подыхал без нее. Выбивал из башки, как только мог. Даже по стопам Костяна пошел, в подпольный клуб ездил, дурь выгонял. Даже сейчас иногда там бываю, но не ради бабла. Ради хорошей встряски. Когда прям совсем невмоготу.
Какое-то время еще пялюсь в ее окна и пытаюсь понять свои ощущения, запутался еще больше. Хватит! Надо валить отсюда, только вот следующие четыре дня каждый вечер я стоял тут, на другой стороне ее улицы и смотрел в ее окна.
ГЛАВА 13
Кира
Ровно десять часов и под моими окнами остановилась огромная черная машина.
Ненавижу их. Чертовы внедорожники. Чертов Артур и его люди. Лизонька спит давно, я предусмотрительно одела ее заранее. Собрала небольшую сумку и, сложив документы и вещи в нее, все выключила и, оставив записку для Славы на холодильнике, вышла к машине. Надеюсь, Слава поймет меня и мое решение и примет мою ложь за чистую монету. Зная его, он появится тут дней через пять или семь, раньше не приедет. Забудет или просто будет не до этого.
Немного позже я позвоню брату и сообщу, что уехала с Артуром, он будет в бешенстве, но все же я должна буду сказать ему правду, пусть и не всю. Некоторые детали я все же утаю.
– Доброй ночи, – здороваюсь с мужчиной в черном костюме, который стоит у машины, ожидая нас.
– Распоряжения брать какие-то вещи не было. – Лишь сухо говорит он, указывая взглядом на сумку в моих руках, которую я ожидала, он возьмет у меня и отнесет в багажник.
