Нападение было совершено, по всей видимости, с целью ограбления, но злоумышленникам не удалось поживиться, потому что в ходе борьбы, телефон все же пострадал.
Друг Михаила, а по совместительству его оператор, Сергей Петрунин, отделался более легкими повреждениями, но и его телефон оказался разбит, а сам он также находится в больнице и пробудет там по меньше мере до завтрашнего утра. К сожалению, камеры не зафиксировали…».
Делаю несколько глубоких вдохов и выдохов, а потом возвращаюсь обратно к Никите.
Подлетаю к нему, чтобы высказать все, что о нем думаю, но слова все никак не хотят складываться в нормальные предложения.
— Это ты? Ты что, следил за мной? Значит, ты с самого начала все знал? Еще вчера? И про встречу с Мишкой и про прослушку? И про…
Тут я замолкаю и прикусываю губу.
— Ну, — требует Никита, — что же ты замолчала? Продолжай, Соня. И про поцелуй, ты хотела сказать? Да, и про него тоже. Понравилось, кстати?
Я молчу и только хмурюсь.
— Федоров, между прочим, в больнице теперь, а ты…
— А что я? У меня есть алиби, если тебе так интересно.
— И кто его подтвердит? Твои друзья?
— А хоть бы и так. И не говори мне, что тебе не хотелось врезать им обоим. Не убедишь.
Я снова стараюсь успокоиться.
Черт. Как же опасно иметь с ним дело.
А что бы было, если бы я согласилась принять Мишкино предложение? Я бы, конечно же, этого никогда не сделала. Не из-за Никиты, вообще, в принципе. Потому что считаю, что вот так шпионить за кем-то — подло. Но если бы приняла?
Он бы все знал и только смеялся надо мной, над нами.
И он сам ничуть не лучше Мишки, раз фактически шпионил за мной.
Но и Мишка сам виноват, нарвался, что называется.
— Что вы не поделили с Федоровым, что он так тебя ненавидит? — спрашиваю, когда удается немного успокоиться.
— Девчонку.
— Что?
Ожидала всего, чего угодно. Бизнес, деньги. Но девчонку?
А еще внутри что-то так сильно и больно кольнуло, словно острый нож пронзил сразу все внутренности. И теперь засел там и прокручивается, прокручивается…
— Что это за история? — спрашиваю, а у самой голос хрипит, будто сейчас сорвется.
— Ничего особенного. Его девчонка запала на меня. А потом пришла ко мне в гости, без Мишки. Он посчитал это личным оскорблением.
— Ясно, достаточно.
Отворачиваюсь и понимаю, что больше не хочу ничего слышать на эту тему. И оставаться в кабинете и болтать с ним, тоже больше не хочу.
— Я не спал с ней, если тебе интересно, — говорит в спину Никита, — но для Федорова это оказалось слабым аргументом.
