— Обещай, Никита, ничего больше. Иначе не приду.
— Ладно, — выдавливает он после паузы.
— Хорошо. Где и когда?
— Давай через час во «Фламинго». Это на Витязева двадцать три. Но я могу за тобой заехать…
— Не нужно, — перебиваю, — доберусь сама. Встречаемся через час.
Возвращаюсь в гостиную.
Обнимаю и целую своего сбитненького Мишутку, прошу тетю Лену провести вечер без меня.
— У тебя свидание?
Сомнительно. Скорее встреча с шантажистом.
— Что-то вроде того, — произношу вслух.
— Это тот самый мужчина, с которым вы столкнулись на дороге?
Сегодня утром тетя Лена заметила трещину на фаре, едва выйдя во двор, даром, что жалуется на плохое зрение.
Пришлось рассказать, что произошло. Отсюда и этот вопрос.
Она уже даже заочно решила, что мужчина вполне приличный.
Не хочется ее разочаровывать, но что делать.
— Ээээ, нет, — коллега по работе.
Врать тоже не хочется, но и правду озвучить не время. Одно потянет за собой другое и слишком многое придется объяснять. Пока все считают, ребенок от парня, из-за которого мы с Никитой расстались еще до моей беременности, но который потом бросил меня.
К тому времени родители уже жили за границей и не смогли бы проверить достоверность моих слов. А сказала я так потому, что не хотела скандала. Папа мог бы начать выяснять отношения с Никитой, а так…не зная точно, кто отец…его пыл в конце концов пошел на убыль и родители махнули на это рукой, решив, что вырастим малыша и без мужа."
"— Ну, тоже неплохо, — филосовски заявляет тетя Лена, — тебе, Сонюшка, пора бы начать устраивать личную жизнь.
Глядишь, и у Машеньки будет отец. Она, конечно, девочка, а не мальчик, может и не так важно, но все же, полная семья.
— Это уж как получится.
Пока собираюсь, выбирая из своего гардероба что попроще и попросторнее, телефон звонит снова.
Неужели Никита передумал встречаться? Это было бы здорово.
Но на этот раз звонит совсем не он.
— Соня, здравствуйте. Это Герман. Мы с вами столкнулись не так давно на светофоре. Если вы еще помните.
— Герман, здравствуйте. Конечно же я вас помню.
— Как и обещал, хочу пригласить вас на ужин. Как вы на это смотрите?
— Положительно.
— Тогда, может, завтра вечером?
— Конечно, с удовольствием.
— Отлично. В таком случае я заеду за вами в семь, если вы не против.
— Я не против, — говорю мужчине и диктую адрес.
Герман не Никита, которого я на порог не пущу. Ему можно заехать.
Думаю, что завтра я проведу чудесный вечер. По крайней мере мне хочется надеяться.
