"
"А меня как торкнет! Она не одна! У нее там частичка меня, которая очень сильно реагирует на отца. Марьяна продолжает на меня ругаться, а я в транс впадаю. Я смотрю на ее губы и мечтаю погрузиться в их сладостную глубину! Или впиться в них. Как вампир!
А чего же я медлю? Когда она еще окажется в моих объятиях так близко? Может, это мой последний шанс?
Подныриваю к ней с высоты своего роста и… овладеваю ее пухлыми сладкими губками! Марьяна настолько ошарашена моими действиями, что невзначай приоткрывает свои губки и впускает внутрь мой наглый язык!
Ах, как сладко, пряно и обалденно одновременно! Точно в раю побывал.
Но как недолго длится это удовольствие!
Ибо Марьяна быстро приходит в себя, и с размаху залепливает мне звонкую пощечину! Щека горит, пылает пожаром. И в ушах звенит, будто рядом шарик лопнули.
Глава 49
Последнюю неделю перед декретом работать становится просто невыносимо. Генеральный лютует, ни давая покоя ни себе ни людям.
Злой, как собака. Бросается, лает, доводит ни в чем не повинных сотрудников до предынфарктного состояния.
А мне вообще пофиг — я сейчас отработаю пять положенных дней и свалю на полтора года! Красота! Авось за это время Сергей Валерьевич остепенится и успокоится?
Декретные так и не поступают на карту. И тут я вижу происки Главгада. Даниле пока не жалуюсь, не хочу показать Сергею, что меня это волнует или как-то задевает.
Астафьев же не оставляет меня в покое ни на минуту.
Будто прописался в моей приемной. Лично приносит ворох документов, заставляя меня, чужую по сути секретаршу, заниматься Ганниными делами. Я молча стараюсь выполнить все, ибо не хочу срываться на этом парнокопытным и подпитывать его своей энергией.
К вечеру, я уставшая, еле стою на ногах. Их немного раздуло, и в туфельки я умещаюсь едва ли. Мои глаза болят и слезятся — давно не работала так много с цифрами. Но часы показывают пять, и я со спокойной душой собираюсь домой.
— Далеко собрались? — в кабинет влетает… да сколько можно же уже?!
Ему самому не надоело? Данилы как назло нет — уже в четыре собрал манатки и умотал к своей Тамаре. Надо мне было вслед за ним уматывать, а то вот, здравствуйте, явление народу.
— Мой рабочий день окончен. — стараясь сохранять спокойствие отвечаю я.
— Чего это? — поднимает красивую бровь Сергей Валерьевич. — Мои сотрудники работают до шести.
