Потому что уже тогда знала о беременности, утром делала тест. И очень боялась тебе говорить. Я считала, что ты разозлишься, подумаешь, что я сделала это намеренно…
— Неужели я вёл себя настолько безнадёжно? — спросил Артур с горькой ухмылкой.
— Скорее так, что я и предположить не могла о серьёзности твоих намерений, — виновато пожала плечами. — На работе передо мной был строгий босс, на встречах — мужчина, в которого невозможно не влюбиться. У меня раньше не было служебных романов, и, возможно, эта граница была правильной, но она заставляла меня задумываться, что всё это не серьёзно, и наши отношения не будут вечными.
А ещё мне иногда казалось, что мой шикарный босс страдает раздвоением личности — настолько разным ты был со мной.
Артур снова ухмыльнулся, покачав головой.
— Думаешь, я сам знал, правильно ли себя вёл? Опыта служебных романов у меня было не больше твоего. Я не хотел, чтобы о нас ходили сплетни, чтобы за твоей спиной шептались и тыкали пальцем. Ведь в таких ситуациях в большей степени страдает репутация женщины.
— Да, меня наверняка бы задевали высказывания типа: она отрабатывает часть своей зарплаты сверхурочно в постели нашего директора.
— Только я был настолько одержим желанием тебя заполучить, и в то же время сохранить хорошую помощницу, что наплевал на это. Решил, что смогу максимально разграничить работу и нашу личную жизнь. Но, как видишь, и тут провалился.
— Неужели в твоей фирме обо мне вспоминают только как о любовнице большого босса? — спросила с наигранным возмущением.
— Нет, конечно. Я говорю сейчас о том, что произошло между нами из-за Демьяна. Ведь если бы я не думал о тебе в первую очередь как о сотруднице, то поговорил с тобой сразу, а не соблюдал чёртовы условности и правила.
— Правда? А вот я в первую очередь видела в тебе своего мужчину, а не босса. Но тоже поверила во весь этот спектакль, — призналась я. — Так что мы оба набедокурили.
Артур поднялся и вытянул меня с кресла. Я очутилась в его объятиях и уткнулась носом в крепкую грудь. Его родной до дрожи в коленях запах дурманил и одновременно порождал во мне странную неуёмную радость.
— Юль… — осторожно позвал Артур.
— Что?
— Ты простишь меня?
— Надо подумать…
— Я тебя всё равно никуда не отпущу, — тут же пригрозил он.
— Ты неисправим, — закатила глаза. — Признайся честно, ты ведь специально наплёл мне про Демьяна, чтобы я согласилась и поехала с тобой?
Артур чуть отстранился, и обхватил моё лицо ладонями.
— Если хочешь честный ответ — да, специально.
