Вспомнив его опять, он почувствовал, что кровь сильнее заструилась по жилам, и это сразу вывело его из равновесия, он понял, какое сильное воздействие оказывает на него Эми Мэлори. Она была молода, красива, свежа, обычно на таких девушках женятся, а ему подходили женщины зрелые, со знанием светской жизни, которые сами все понимали, им не надо было объяснять, чего он от них хочет. Он оставлял их, забывая на следующий день, не заботясь о том, что, быть может, не оправдал чьих-либо ожиданий. С глаз долой — из сердца вон.
Эта пословица была его девизом. Именно поэтому его так поразила эта девушка.
Там, внизу, она закончила свою работу и отступила назад, любуясь ею, передвинула один цветок и повернулась, чтобы уйти. Уоррен вдруг назло неизвестно кому решил не избегать ее и стал спускаться по лестнице. Когда Эми встретилась с ним глазами, ее шаги замедлились. Она не улыбнулась, не остановилась, но легкая краска появилась на ее щеках.
Что ж, все верно. Ей не повредит понять наконец пагубность своих порывов.
Если она привыкла укладывать мужчин одного за другим, неудивительно, что невинность ее давно потеряна. Уоррену не приходило в голову, что она говорила эти слова только ему одному.
Уоррен спускался с лестницы не торопясь и не отрывая взгляда от Эми. Она не опустила глаз, только щеки стали чуть ярче. Раздражение Уоррена усилилось, и, спустившись вниз, он сказал сухо:
— Правильно, ты и должна быть смущена.
Эми, казалось, была слегка удивлена, услышав его замечание, но только на мгновение.
На ее лице опять появилась улыбка, и она сказала:
— Я вовсе не смущена, а порозовела потому, что вспомнила наш поцелуй. Сразу скажи мне, когда тебе захочется его повторить.
Смелость девчонки, вернее, ее нахальство разоружило Уоррена, и он только и нашелся что сказать:
— Разве я тебя не предупреждал?
— А что будет, если я не стану обращать на это внимания?
Ненормальная. Вместо того чтобы бежать без оглядки от его грозного вида, она бросает ему вызов. Уоррен не имел дела с такими женщинами, обычно его возлюбленные старались не будить в нем зверя, понимая, что задевать его самолюбие небезопасно, и даже разговаривали в его присутствии мало.
Уоррен не знал, как себя с ней вести, и решил ее припугнуть:
— Мне надо поговорить с твоим отцом. Эми, однако, ничуть не испугалась.
— Ну что ж, рано или поздно он все узнает, но, чтобы ускорить события, сообщи ему, что я мечтаю о тебе, может, тогда легче будет просить у него моей руки.
Она была неисправима.
