Дорогущие браслеты через подставные лица покупаете…
К моему удивлению, мужчины ошарашенно переглянулись.
– Я ничего не говорил, – тут же замахал руками Док. – Клянусь!
У меня вырвался нервный смешок. Похоже, целясь пальцем в небо, я сумела попасть аккурат в солнце.
– Слушай, Птаха… – Стриж прочистил горло. – Если хочешь сегодня без проблем вернуться домой, то при Ратмире держи свои размышления при себе…
– Я права? Вы какие-то тайные агенты?
– Птаха, ты мне правда нравишься, поэтому…
Резкий звонок коммуникатора прервал наш в высшей степени странный разговор.
По той поспешности, с какой Стриж схватил зеркало, стало ясно, как сильно он не хотел развивать тему.
– Да?
В трубке что-то заговорили, и на лице приятеля вдруг вспыхнули алые гневные пятна.
– Никого не было! Я не отрывался от этого проклятого экрана!
Последовала долгая тирада. Вдруг парень расплылся в ехидной улыбке и без всяких церемоний включил громкую связь. Гулкий цех наполнился раздраженным баритоном Ветрова-старшего.
– Передай ей, чтобы она нашла место, куда сможет спрятаться!
Отчего-то вмиг стало понятно, что обсуждали меня.
– Она не может оставаться в городе. Тот, кто ищет Магические узы, снова выйдет на ее след.
Теперь меня и вовсе перекосило.
– Скажи ей, что она обязана исчезнуть на пару месяцев, пока история не забудется…
– Кстати сказать, – прошипела я, – она все слышит! У нее имя есть, и ты его даже знаешь!
Последовала долгая пауза.
– Стриж, ты меня слышишь? Передай ей, что она не должна глупить. Пара месяцев – это короткий срок! Особенно когда речь идет о ее жизни.
Если бы эта жестяная банка с мускулами умела выходить из себя, то я бы сказала, что Ратмир рассердился из-за выходки младшего брата. Впрочем, я была не менее зла.
– Может, у вас, парни, так не принято делать, но нормальные люди каждый день ходят на работу, – процедила я. – Скажите мне, господин Ветров-старший, когда история забудется? Назовите точное число. Я требую! Ведь именно точные даты будут интересовать моего начальника, когда я вернусь в контору.
Последовала долгая пауза.
– Почему ты молчишь? – взбесилась я. – Тебе нечего ответить?!
– Стриж, – сухо произнес Ратмир.
– Я здесь. – Паршивец едва сдерживал смех.
– Напомни, я сказал «когда забудется»?
– Угу.
– Я ошибся. Я имел в виду, если история забудется! – отрезал Ратмир. – Передай ей, что если она переживает из-за работы, пусть возьмет больничный лист!
– Может, мне еще в декрет уйти? – рявкнула я, но зал уже огласили короткие гудки.
