Если это «нормально», то тогда вопросов быть не может.
– Ты меня ударил. Два раза.
– Прости.
– Придурок, подонок, негодяй, сволочь.
– Точно. – Он поморщился.
– Было больно. Оба раза.
– Хочешь ударить меня в ответ?
– Нет, я хочу тебя пристрелить. Это будет справедливо. Пощечину можно смыть только кровью.
– Дать самострел?
Я не выдержала и, сама того не ожидая, улыбнулась. Улыбка отчего-то показалась ужасно неуместной.
– Стриж уже знает о взрыве?
Богдан нахмурился:
– Конечно.
– Хочу поговорить с ним, – попросила я, разглядывая замысловатый узор на эльфийском ковре, застилавшем пол коридора.
Наверное, Стриж сейчас в отчаянии. Старший брат являлся всем его миром, отправной точкой, непоколебимой твердью. Теперь его не стало.
– Позже. – Богдан нахмурился. – Думаю, ему сейчас не до разговоров.
– Ты прав. – Я тяжело вздохнула, неожиданно почувствовав облегчение из-за того, что он мне отказал.
Меня поселили в небольшой, но светлой комнате. Из окна открывался вид на лужайку и деревянные широкие качели с высокой резной спинкой.
– Тебе сейчас поесть принесут. – Богдан чувствовал неловкость, оставляя меня в чужом доме.
Он взбил подушки на кровати и предложил:
– Поспи. Ты выглядишь измученной.
Я безучастно кивнула, рассеянно разглядывая обстановку.
Мне хотелось заснуть и не просыпаться.
Как легко злиться на того, кто просто ушел. Наговорил кучу гадостей, хлопнул дверью, сбежал на другой конец света. Злиться и жить дальше, чтобы в один прекрасный момент выкрикнуть: «Видишь? Ты мне больше не нужен! Я могу без тебя!» Мне злиться было не на кого.
Некому что-то доказывать. Мы с Ратмиром даже толком не знали друг друга, да и встретились всего седмицу назад. Тогда почему я чувствовала себя брошенной и так сильно злилась на него?
– Возьми мой коммуникатор. – Брат протянул приборчик со слепым зеркальцем. – Если что-то понадобится, тут же звони.
– Хорошо.
– Я пойду. – Он помялся, но потом все-таки поцеловал меня в лоб, как всегда делал, когда прощался.
– Я люблю тебя, сестренка.
Я промолчала, а когда он открывал дверь в спальню, чтобы уйти, не удержалась:
– Прости меня, Богдан.
– За что? – Он удивленно оглянулся.
– За то, что подозревала тебя. Это было ужасно – думать, что ты хочешь меня убить. Мне казалось, что я попала в сумеречную зону. – Неожиданно даже для себя я всхлипнула. – Боже, я так виновата перед тобой!"
"– Ведка, остановись! – категорично перебил он поток извинений. – Ты моя младшая сестра.
