– Обещание Богдану здесь ни при чем, – спокойно произнес Ратмир. – Я в жизни себя не прощу, если с тобой что-то случится.
В первую секунду я даже не поверила своим ушам, хотя сейчас они у меня стали большие, хорошо слышащие и вообще походили на тонко настроенные локаторы.
– Что со мной может случиться в эльфийском особняке? – пожала я плечами. – Разве что Лори завизжит и попытается меня ударить, ну так я вполне способна ответить девочке. На худой конец, вцеплюсь в волосы…
– Ты убежишь, если почувствуешь опасность, – перебил меня Ветров.
– Ясно?
– Есть, босс! – Я взяла под козырек. – Спроси у Стрижа, он знает, как я отлично умею убегать. Только пятки сверкают.
Некоторое время мы с Ратмиром смотрели друг на друга.
– Если твой брат узнает, он точно попытается меня пристрелить.
– В первый раз, что ли? – подал голос Док, и когда увидел, как нас единодушно перекосило, смущенно поправил очки.
Эльфийский квартал Ветиха представлял собой выращенный с помощью магии огромный ухоженный парк. Маленькие домики без каких-либо заборов или ограждений прятались за густыми кустами.
Местоположение жилищ можно было вычислить только благодаря мерцавшим в воздухе номерам домов.
Чтобы добраться до особняка семьи Толтеа, мне пришлось сойти с вымощенной дорожки на густой изумрудный газон. Поляну, у других народностей заменявшую двор, окружали заросли орешника, они расступились передо мной, открыв взору чудесный двухэтажный домик из бежево-коричневого камня с остроугольной черепичной крышей[6].
Вид портил только выцветший флаг Ветиха, горестно поникший на углу дома. Вероятно, стяг приколотили еще при жизни Лосиана Толтеа. Всем было известно, что досточтимый эльф отличался крайним патриотизмом.
На двери висел медный молоточек.
– Ну, с богом! – едва слышно прошипела я незнакомым голосом настоящего гоблина, специально подправленным горькой настойкой и звучащим точно бы со стороны.
Совершенно не чувствуя и половины удальства, какое демонстрировала перед Ветровым с самого утречка, я три раза постучала.
От перехода к плану «Б», то есть побега, меня удерживало искреннее желание снять браслет Гориана, пока черная магия не превратила меня из «газетной» убийцы в убийцу настоящую.
Никто не торопился открывать. Я почти собралась уходить, когда со скрежетом отодвинулась заслонка смотрового окошка, и в ней возникли два сердитых серых глаза.
– Ты чего здесь забыл, уродец? – басовито, словно простуженно, рявкнула Лори.
– Суилад, – прошипела я.
