Хотя я понятия не имела, где это место… потому что он мне не говорил.
Мы прошли по коридору к его офису. «Мы идем к тебе в офис?»
«Нет»
Я собиралась спросить еще раз, когда мы остановились за две двери до его офиса. Я взглянула на Алессио, ожидая, что он объяснит.
«Ты никогда здесь не была, правда?» - спросил он, пристально глядя на меня.
Я покачала головой. «Нет. Она всегда заперта».
«Сегодня важный день. Думаю, можно сказать, что это еще одна традиция», - объяснил Алессио.
Сбитая с толку, я уставилась на дверь, когда он ее отпирал.
Он затащил меня внутрь, закрыв за нами дверь.
В комнате было темно, шторы были опущены, скрывая солнце. Алессио подошел к окну и отодвинул шторы, позволяя солнечному свету проникнуть в комнату. Он окутал нас золотым сиянием.
Мне пришлось несколько раз моргнуть, пытаясь приспособить глаза к внезапному свету.
Алессио постарался поставить меня к стене. Поэтому первое, что я увидела, были большие портреты.
Мои глаза расширились, и я едва слышно вздохнула. Я поняла, что это два портрета Льва и Марии.
На фотографиях они выглядели молодо.
На первом портрете Мария сидела на стуле, а Лев стоял рядом с ней, положив руку ей на плечо. Они оба смотрели в камеру. На лице Марии была легкая улыбка, а Лев выглядел напряженным и серьезным. Почти злобно.
Ко второму портрету было только одно дополнение. На коленях у Марии сидел маленький мальчик. Когда я увидела ее округлившийся беременный живот, я сразу поняла, что мальчиком был Алессио.
Этот портрет был сделан, когда Мария была беременна своей принцессой.
При этой мысли у меня на глазах выступили слезы. Принцесса, с которой они так и не познакомились.
У Льва было то же выражение лица, что и на первом изображении. Меня не удивило, что он выглядел как убийца.
Я долго смотрела на второй портрет, глядя на Марию и Алессио. Он был пухлым ребенком. Таким милашкой.
На этой фотографии он выглядел таким серьезным, словно знал, что это что-то важное.
Мое сердце заболело при этой мысли. Алессио пришлось так быстро вырасти.
У него никогда не было возможности насладиться своим детством. Смерть его матери заставила его так быстро скатиться к темной стороне."
"Я почувствовала его тепло за спиной, прежде чем он даже притянул меня в свои объятия. Алессио обнял меня за талию, его губы коснулись моей шеи влажными поцелуями.
Он всегда прикасался ко мне, обнимал, осыпал любовью. Я была самой счастливой, когда была в его руках.
«Ты был таким милым», - пробормотала я, все еще глядя на портрет.
