Не то чтобы это был тот мужчина, которого она когда-нибудь смогла бы полюбить, но он был единственным человеком, которого Катрин однажды восприняла как спасение от одиночества…
Мишо вспомнила, что в этот день вообще не хотела идти к его дому, но в итоге все же не выдержала, не смогла отказаться от этого.
Вероятно, она очень больна. У нее сильное психическое расстройство. Вероятно, самым лучший выход – просто покончить со всем этим.
Где-то в затылке всплывало: Анри приводил все в порядок, Анри был источником утешения и уверенности, в руках Анри она могла плакать, чувствуя при этом, как окружающий ее холод постепенно проходит.
Он был ее родным домом. Он был ее убежищем.
И он поймет ее. Он всегда ее понимал.
Катрин сказала Анри, что уедет и никогда больше не вернется, и его облегчение после этих слов не могло скрыться от нее. Это было больно, но она знала, что дело было не в ней, а в том дьяволе, на котором он женился. Он вздохнул с облегчением, поскольку ожидал, что без кузины его отношения с Надин улучшатся.
Анри ошибался – Мишо точно это знала, – но этот путь он должен был пройти сам и сам обнаружить свое заблуждение.
Она услышала всхлипывание, и ей понадобилась пара секунд, чтобы понять, что это плачет она сама, что этот безутешный звук вырвался из ее груди. Все будто отдалилось от нее, даже она сама.
«Как же я могла так поступить? Как могла так унизиться?»
Катрин успела затормозить в последнюю минуту – и впоследствии еще удивлялась тому, что смогла прореагировать так хладнокровно.
Она ехала по дороге, ведущей от гор в Ла-Кадьер, и, подъезжая к перекрестку, думала – хотя и не знала точно почему, – что встречная машина проедет прямо. Наверное, у этой машины не был включен поворотник, хотя Мишо не могла утверждать этого с уверенностью. Во всяком случае, тот водитель совершенно неожиданно свернул налево прямо перед носом у Катрин. Ее автомобиль занесло на мокром асфальте, но она все же остановилась.
Дрожь в ее руках усилилась.
Это была машина Надин.
Это она, жена Анри, только что по-лихачески пронеслась налево. Катрин узнала номер машины. Однако манера вождения скорее походила на манеру Анри: подобные виражи были типичны для него, и они порой сильно ругались из-за этого."
"Что же Анри мог делать здесь в это время? Или это все-таки Надин? Направление, в котором скрылась машина, было однозначным: квартал Колетт. Там, где находился дом того мужчины, с которым Надин так мучила Анри.
