Лаура передернула плечами. Она устала, и ей было – плохо.
– Значит, дело было в деньгах, – произнесла женщина, заметив, что эта мысль ее совсем не утешила. – Ему нужно было уехать из-за своих долгов, и, наверное, он посчитал, что ему будет приятнее начать все с нуля за границей вместе с другим человеком. Его банкротство оказалось счастьем для нее.
– Боже мой! – воскликнул Хейманн. – Этого я уж совсем не понимаю. Я бизнес-консультант. Мне доверяются крупные фирмы. А мой лучший друг не просит моего совета, прежде чем бросаться в сомнительные сделки… Я ведь мог ему помочь!
– Таковы мужчины, – ответила Лаура.
– Даже перед своими лучшими друзьями – точнее, в первую очередь перед своими лучшими друзьями – они должны строить из себя сильную личность, которая сама решает свои проблемы. Или у которой их вообще нет. – Она встала. – Пойду посмотрю, может быть, смогу получить номер в отеле. Я не хочу сегодня ночью спать в… нашем доме.
Кристофер помахал официанту.
– Я быстро, только расплачусь.
А потом провожу тебя туда.
Четверг, 11 октября
1Далеко за полночь Лаура все еще не спала – в отеле «Берар» ей это удавалось так же плохо, как и в ее доме. Но все же жизнь в гостинице означала определенную дистанцию, а установить ее Лауре по какой-то причине казалось очень важным. Ей достался слишком большой и слишком дорогой номер – все остальные были заняты. Окна выходили на дорогу, а не на долину, но это не интересовало Лауру: все равно было темно, а у нее не было настроения наслаждаться местными красотами.
Она лежала в широкой кровати с балдахином, и ей казалось, что она слышит, как громко бьется ее сердце. Выпитый кофе не давал заснуть. Все ее тело дрожало, и еще дважды она ощущала рвотные позывы, но стоило ей прийти в ванную, как тошнота отступала. Она смотрела на чужое бледное лицо в зеркале и спрашивала себя, как ей жить дальше.
Снова и снова Лаура думала о том, как права была Анна: важно узнать, что произошло с Петером. Но в итоге она поняла, что эта загадка едва ли волновала ее так же, как вопрос «Почему?», вопрос о Надин, вопрос о собственной слепоте, о том, почему она всего этого не замечала…
В шесть часов фрау Симон встала, совершенно разбитая и еще более уставшая, чем накануне вечером, и приняла душ.
Ее колени дрожали, желудок болел. В помещении для завтрака, где она оказалась первым посетителем, Лаура заказала вместо кофе чай с мятой и долго мучилась с круассаном, откусывая от него маленькие кусочки.
