Вот только зачем? Я сюда не за этим пришёл. Но кое-что мне всё-таки не терпелось узнать. Я соскочил с плато, выполненного в виде судна и приземлился на столп, который я мог теперь вызывать в любом месте. Точнее, почти в любом. Внутри города у меня это сделать не получилось бы.
И именно это меня интересовало сейчас больше всего. Когда стена только-только стала разрушаться, мне показалось, что у неё есть такие же корни, как и у горы, на которой передвигались Замятины. Но это было не так.
Стена, отделявшая Османскую империю от Блуждающих земель, была настоящим айсбергом.
Даже не так. Над поверхностью возвышалась лишь сотая её часть. Вниз она уходила на километр, или даже полтора. Огромный плоский клин, вбитый в землю.
Зачем? Очень просто. Только так можно было остановить землю внутри города за стеной. Эта часть империи тоже была в своё время отбита у блуждающих земель. Точно так же, как и часть Российской империи.
Но теперь, когда я знал, как это было сделано, мне было проще с пониманием того, как некий лорд «остановил» землю.
Он просто вбил в неё клин, и она не смогла двигаться. Вот только почему-то мне кажется, что это не очень хорошо.
Вблизи стены буквально чувствовалось страдание. Его сложно с чем-нибудь сравнить. Разве что… Представьте, что вам кисть пригвоздили к столу отвёрткой. И то, всей боли земли эта аналогия не передаст.
Я прикоснулся к земле ладонью, распрямился и вернулся к себе в лагерь.
— Уходим! — сказал я, и мы тронулись прочь от стен негостеприимного города.
Хм, они могли наладить торговлю с народом Блуждающих земель, а вместо этого обрели себе врагов. Я даже подумал, что надо было закинуть им сферу с ядовитыми испарениями обратно в город. Но потом отказался от этой мысли. Мы не убийцы. Мы мирные люди! Но, если надо будет обороняться, то задействуем все возможные ресурсы!
— С такими способностями вы точно отца свергли бы, — задумчиво проговорил Тимофей, глядя назад, где на стене вновь начали появляться бойцы. Но на этот раз они были очень осторожными, если не сказать — пугливыми.
— Он бы ничего не смог вам противопоставить.
А ведь я даже не знаю отца! Какой он? Хороший правитель? Или, как и тут — держит всех в страхе?
— Хочешь сказать, что на русской границе будет более радушный приём? — спросил я, думая о своём, например, о том, что я уже не хотел бы покидать Блуждающие земли, а вот наладить торговлю с какой-нибудь империей будет неплохо. — Хотя бы на одном языке разговариваем.
