И мне пришлось отчаянно защищать Рысь, принявшуюся одновременно и орудовать саблей, и оборонять фонарь, и жутко сквернословить, и в то же время возносить молитвы Сваргу, упрашивая его помочь нам.
Рысь оказалась удивительно таланливой. Но даже все её таланты не помогли ей избежать ран. Когти тварей быстро вспороли её кольчугу. На пол полетели металлические кольца и закапала кровь. Она буквально опьянила тварей, пытающихся добраться до плоти Рыси, прижавшейся к стене.
Фонарь стоял чуть позади неё между ног. А я размахивал саблей и убивал монстров, заняв место перед девушкой.
Оскаленные клыки и горящие огнём глаза мелькали передо мной. Когти и зубы пробовали на прочность окруживший меня «золотой доспех». А тот быстро истончался под ударами многочисленных противников, гибнущих от моих атрибутов.
«Взрывы энергии» буквально разрывали чудовищ на куски, сея смерть. Клочья кожи и оторванные конечности вместе с залпами крови летели во все стороны.
А «телекинез» позволял мне швырять в монстров каменные статуи.
Они превращали тварей в окровавленные блины с раздробленными костями и черепами.
Вскоре пол был скользким от красных луж и сизых внутренностей. Но твари будто обезумели. Они с пронзительными визгами все лезли и лезли, как мотыльки на свет факела. Казалось, что им нет числа…
У меня уже разрывалось солнечное сплетение из-за огромного количества маны, прокачанной через тело. Всё моё лицо было покрыто чужой кровью, заливающей глаза. И в тот момент, когда я смахнул её, несколько существ всё-таки добрались до закричавшей Рыси и повалили её на пол.
Глава 15
— Вашу мать! — взбешённо выдохнул я, видя, как упавшую Рысь накрыли тела монстров.
Другие же твари все так же охотно атаковали меня, визжа и завывая. Они уже практически уничтожили «золотой доспех», забрызганный кровью. Где-то даже прокусили его, но «регенерация» залатала раны, высосав приличное количество маны.
От усталости меня шатало, а грудь горела огнём. Да ещё и Громов-младший тоненько вопил от ужаса.
Однако я решительно стиснул челюсти и впервые в этом мире активировал восьмой атрибут.
Из моих рук ударил гудящий белый поток обжигающе холодного воздуха.
Температура в коридоре сразу же резко упала. А те твари, что угодили под действие моего атрибута, быстро окоченели, покрываясь коркой льда или инея. Пол, статуи и стены тоже украсили ледяные наросты. А оставшиеся монстры рванули прочь, тоненько завывая.
— Бегите, ублюдки, — просипел я и не сумел удержаться на ногах.
