Но придётся рискнуть.
— Хродгейр, ты веришь в то, что пророчество может сбыться? — прошептал я.
— Не имеет значения, во что я верю. Всё решает Один."
"— Но он же понимает, что моя смерть ничего не решит? Появятся другие претенденты на роль освободителя этого непонятного существа. И ты всех будешь убивать? У тебя не получится, кого-нибудь ты точно пропустишь.
— К чему ты клонишь, Локки? Говори прямо, без намёков и экивоков, — мрачно выдал асгардец, не привыкший к интригам, словесной мишуре, подтекстам и чтению между строк.
— Передай Одину мои слова, — совсем тихо сказал я, украдкой осмотревшись. Вроде никто не подслушивает, да и магией не тянет. — Это существо вышло со мной на связь. Оно проснулось и отчаянно хочет освободиться. Да не вскидывай ты так удивлённо брови, а то выдашь, что мы тут обсуждаем кое-что серьёзное. Угу, вот так лучше. Слушай дальше. Оно хочет освободиться, и моя смерть ничего не даст Одину. Это создание найдёт другого исполнителя. Посему Одину лучше сотрудничать со мной. Эта тварь… это я сейчас про существо, а не про Одина.
Эта тварь пока доверяет мне, чем мы и воспользуемся. Раз и навсегда погрузим его в вечный сон. Пусть Один поразмыслит на досуге и передаст ответ. Тебя теперь ко мне не подпустят, поэтому, когда Один примет решение, найди Рарога и просто скажи ему: да или нет. Уяснил?
— Да, — кивнул тот, хмуря брови, а потом облизал губы и доверительно выдохнул: — Это существо из пророчества приходится кем-то самому Имиру: то ли сыном, то ли братом, то ли ещё кем. Да, да, тому самому полумифическому инеистому великану, чей внук Бергельмир и положил начало новому племени инеистых великанов.
И в числе потомков Бергельмира великан Фарбаути… Знаешь такого?
— Отец Локи, — сглотнул я, тут же вспомнив, что Безумный бог называл себя моим далёким-далёким родственником. — Откуда ты всё это узнал?
— Бог Оди́н сказал. Теперь понимаешь, почему он опасается этого пророчества? Имир был очень силён, а этот его родственник, наверное, не слабее. Говорят, он отправился на край вселенной, чтобы познать все тайны мироздания.
Его боялись даже в те времена, потому и усыпили, заточили в храм и убрали из летописей все упоминания о нём.
— Ну, не такой уж он и умный, раз позволил себя усыпить и заточить, — усмехнулся я и следом подозрительно спросил: — А почему ты мне всё это рассказал?
— Да потому что ты должен знать, с какими силами заигрываешь и какой вред они могут нанести. Ты же любишь Асгард, Локки, а этот великан способен его уничтожить.
